Спортивный арбитражный суд в Лозанне (CAS) опубликовал мотивировочную часть по делу российской фигуристки Камилы Валиевой. Подробно о сути дела и его последствиях «Рваная Бутса» уже рассказывала в одном из предыдущих материалов, сейчас напомним вкратце.
Валиева была отстранена на четыре года из-за положительной допинг-пробы на триметазидин, которая была взята во время чемпионата России 25 декабря 2023 года. Из-за антидопингового нарушения были аннулированы все результаты Валиевой, начиная с того дня, включая победу на чемпионате Европы и золото в командном турнире Олимпиады-2022.
Сейчас CAS опубликовал мотивировочную часть решения, и она в целом подтверждает наши догадки и отвечает на главный вопрос из предыдущей заметки: «Почему Валиевой не удалось подтвердить историю с дедушкой?»
Клубничный десерт не прокатил
Напомним, что почти сразу после информации о допинге у Валиевой появилась стратегия защиты: злосчастный триметазидин, препарат от сердца, принимал ее родной дедушка, который возил ее на тренировки. Якобы он попал в организм Камилы из-за того, что она могла пить с дедушкой из одного стакана.
И в результате этот тезис просто не удалось доказать. В мотивировочной части CAS говорится, что Валиева по ходу следствия меняла показания. Сперва она говорила, что частички препарата могли попасть из-за случайного контакта. В качестве примера упоминалась разделочная доска. Якобы на ней остались частички таблетки, когда ее раздавливали. И это знакомое объяснение: точно так же в 2021 году бегун Сергей Шубенков объяснял свою положительную допинг-пробу. По его словам, он тогда раздавливал таблетку для ребенка.
Но версию Валиевой Всемирное антидопинговое агентство (ВАДА) опротестовало, заявив, что она уехала на чемпионат России 22 декабря и с тех пор не контактировала с дедушкой. После этого у фигуристки появилось новое объяснение: частички триметазидина попали в клубничный десерт, который якобы приготовил ей дедушка и который она ела «в два захода» - 22 декабря вечером и 23 декабря днём.
Однако и такое объяснение не устроило CAS. В суде действует принцип «баланса вероятностей», и юристам Валиевой не удалось ничем подтвердить ее версию. Главной проблемой стали доказательства со стороны самого дедушки.
Баланс вероятностей
По данным CAS, никаких документальных свидетельств того, что дедушка Валиевой покупал или употреблял триметазидин, предоставлено не было. Более того, он никак не доказал то, что действительно принимает этот препарат для сердца, причем уже много лет. Единственным "подтверждением" было письменное заявление. В суде не поверили, что можно много лет принимать лекарство от сердца, не имея никаких подтверждений этого.
Да и история с измельчением таблетки и клубничном десерте вообще никак не фигурировала в деле вплоть до новых показаний Валиевой. Более того, в суде усомнились, что дедушка спортсменки, несмотроя на тяжелое состояние сердца, каждый день два часа ездил к ней, чтобы проводить ее на каток, который был недалеко от ее квартиры.
В результате судейская панель CAS пришла к выводу, что хоть такая ситуация и возможна, но доказательств не было никаких.
Еще один препарат
В мотивировочной части написал еще про один препарат в пробе Валиевой – экдистерон. Но сразу же нужно оговориться, что это вещество не запрещённое, хоть и находится у ВАДА под наблюдением. Его CAS упомянул только для того, чтобы отметить, что Валиева вообще никак не могла объяснить, как препарат попал ей в организм. Так что его в деле упомянули скорее для демонстрации того, что показания фигуристки вышли очень хрупкими.
Главнй вопрос
А главный вопрос во всей этой истории мы уже задавали в предыдущей статье. Будет ли наказан кто-то еще, кроме Валиевой? Если нет, то получается, все регулирующие органы нашего спорта официально признают: 15-летняя фигуристка сама, в обход тренеров и врачей, купила запрещённый препарат и сама его приняла. Ну или история с клубничным десертом, разделочной доской и неподтверждённой болезнью дедушки – чистая правда. Но при этом остается открытым вопрос об экдистероне: если Валиева не знает, как он попал в ее организм, то должны знать врачи и тренеры, которые обязаны вести строгий учет всех лекарств, которые дают профессиональным спортсменам. Будут ли проверять их? Или статус заслуженного тренера России дает Этери Тутберидзе неприкосновенность?