А Катя всё жила и ждала. Чего ждала? А кто ж ее знает. Кате нравилось чужое внимание. Нравилось, когда ее любили. Нравилось? Это если по верхам посмотреть. Если же чуть углубиться, то в этом было немало страдания. Ты ждешь какого-то определенного к себе отношения. Иногда ты его получаешь, иногда нет. В итоге когда не получаешь, чувствуешь себя несчастным человеком. А когда получаешь, начинаешь хотеть и ждать еще большего.
И куда это заводит? Некоторых заводит на стол к пластическому хирургу. Некоторых – в ультрамодные магазины. Некоторых – к бутылке. Много разных путей… только они лишь усугубляют рану.
Катя побывала не раз у раскройщика человеческого лица. Получила другое лицо … и не только лицо. Катя продолжала получать взгляды и телефоны. И становилась все несчастней.
Она смотрела на себя в зеркало и не узнавала того, кто оттуда на нее смотрел. Это разве Катя? Теперь на нее смотрел кем-то скроенный образ чужих ожиданий и представлений. На нее смотрела придуманная модель человека. На нее смотрело воплощение фразы «я сделала себя сама».
Сделала? И что же ты сделала?
Теперь Катю не стыдно пригласить на модную вечеринку или с ней сфотографироваться. Теперь Катя чаще может услышать комплименты. Фальшивые, впрочем … Ведь в них так мало любви.
Катя оторвалась от зеркала, залезла в телефон и нашла там свою старую фотографию. Ту, на которой все еще было можно ее узнать. Ее настоящую. Она смотрела и плакала. Вот она, Катя. Там, в телефоне, на старом фото. Радостная, с семьей. Без идеальных лица с фигурой. Без модных тряпок. И с таким количеством счастья, радости и любви. Та Катя не ждала восхищенных взглядов и таких же речей. Та Катя давала сама. Как умела и что могла. И вон ведь, как сияла!
Теперь она разукрашенная селедка с селедочьими глазами. Потухшими, унылыми, вечно ждущими, что ей бросят горстку внимания. Она превратила себя в урода, в душевного инвалида, и ради чего? Что она получила, какую выгоду приобрела от всех этих немалых вложений времени, сил, денег? Она получила горстку мишуры, которая вскоре превратится в пыль на ее глазах. А потеряла … потеряла способность любить и отдавать самой. Не сидеть и не ждать. И даже не ждать чего-то взамен. А просто отдавать – просто быть полезной, насколько возможно, насколько силы позволяют.
— Что ж, — сказала Катя, утерев слёзы, — раз потеряла, значит, теперь буду искать.
И пошла искать.
