Расстрел крестного хода Митрофановского монастыря 8 февраля 1918 православные вспоминают как «Кровавое воскресенье» по-воронежски: «Процессия, вышедшая с молитвенным пением, из Митрофановского монастыря, была встречена пулеметным огнем. На мостовой остались десятки убитых и раненых....» Революционеры же считали его попыткой вооруженного мятежа против власти Советов. «АиФ-Воронеж» совместно с историком Олегом Скогоревым продолжает знакомить читателей с эпизодами революционных событий в столице Черноземья.
Расстрел крестного хода или «церковная контрреволюция»?
В личных воспоминаниях командир Боевой дружины Михаил Чернышёв об этих днях пишет другими красками. Орфографию из мемуаров приводим без изменений.
По распоряжению Губисполкома Чернышёв отправился в Митрофановский монастырь «..для Объяснения с архиереем, который обратился от имени верующих граждан Воронежа в Губисполком с просьбой разрешить им назавтра организовать крестный ход верующих будто с целью их примирения с властями Советов».
Если верить Чернышёву, такой предлог новому правительству губернии более чем понравился, ибо напряжение в обществе после октябрьской революции на дрожжах социально-политических разногласий росло только вверх.
«...т. Григорьев выговаривал условия, что крестный ход будет именно мирный и никаких эксцессов они — духовенство — не допустят».
Согласно рукописи революционера, маршрут крестного хода планировался от Митрофановского мужского монастыря (ул. Плехановская, 1, где сегодня находится один из корпусов ВГУ — прим. ред.), через улицы Большую Московскую (современная ул. Плехановская — прим. ред.), Большую Дворянскую (современный пр. Революции — прим. ред.), Большую Девиченскую (современная ул. Сакко и Ванцетти — прим. ред.) до Алексеево-Акатова женского монастыря.
Для организации общественной безопасности по неопытности и малограмотности Рабочая боевая дружина засела в Доме народных организаций (пр. Революции, 22 — прим. ред.), ощетинившись из окон и дверей пулемётами.
«...стояли у подъезда Дома народных организаций и дожидались прохода крестного хода, который по договоренности должен начаться в 8-9 часов утра... девять и десять часов, а крестного хода нет и нет...»
Не дождались
Устав ждать и не понимая, что происходит, Чернышёв вместе с двумя дружинниками на лошадях поехали к Митрофановскому монастырю.
«...встретили зловещую тишину, хоть шаром покати на площади около монастыря... когда мы повернули назад своих коней, то увидели, что вокруг нас рассыпалась цепь вооруженных, все больше в штатской одежде и с белыми повязками на руках...»
Далее Чернышёва и Непомнящего толпа стянула с лошадей, разоружила и самосудно избивала. Третьего дружинника с ними не было — он не справился с лошадью и отстал по дороге.
«...Били долго и как попало, устраивали "мала куча"..... шелковый шарф петлей на шею... потащил меня волоком по направлению к бывшему епархиальному женскому духовному училищу... Я был избит и находился в полузабытии...»
Случайно повезло...
Мишку Чернышёва от казни спас случай:
«...около здания Зимнего театра (современный государственный академический театр драмы им. А. Кольцова — прим. ред.) я заметил своего бывшего товарища до 1915 г. Ларина Михаила Васильевича... Миша, в чем дело? — обратился он ко мне. Я попросил его вступиться и оттянуть на какое-то время расправу... он обратился к толпе и конвоирующим меня лицам: «Граждане и господа! В данном случае здесь происходит недоразумение, мы убиваем случайного рабочего. "Знаем этого рабочего, это начальник дружины!" закричали из толпы...т. Ларин расстягнул свою шинель, а там на груди у него все четыре степени крестов за боевые отличия. Все перед ним остолбенели и произошло некоторое замешательство...»
Этого времени горе-дружинникам вполне хватило для спасения:
«...в 60-80 метрах увидел развертывающийся грузовик с командой боевиков и пулеметом, из которого Берг Павел Николаевич поверх толпы дал несколько очередей...»
В чём подвох?
Как же было на самом деле? Спустя столетие судить трудно. Только представляется, что Чернышёв со своей колокольни не мог знать всех замыслов Губисполкома и епархии.
«Не возникает сомнения, что Губисполком мог использовать дружинников "в тёмную", а факт участия контрреволюционеров в религиозной процессии использовать для дальнейшей дискредитации местного духовенства. В то же время нападение на Чернышёва толпы на крестном ходе могло быть спровоцировано самой одиозностью его личности. Ведь он и его сподвижники своими бессудными расправами с населением уже успели себя негативно "прославить". Об этом свидетельствуют расследования местных юристов во главе с А.Я. Морозовым», — пояснил историк Скогорев.
Про юридические прения воронежской Рабочей боевой дружины с юристом Морозовым читайте в последующих публикациях.