Некоторые хирурги бухают на работе. По крайней мере меня такой оперировал. Май 1983 года, Удмуртия, мне 8 лет. Загнала в подошву ноги иголку и наступила. Иголка сломалась, за ушко вытащили, но острие осталось в ноге глубоко. Сделали рентген. Повезли вынимать, посадили на кушетку, спросили в какой ноге иголка. Я ответила, что в левой. Меня кладут на живот и начинают обкалывать новокаином правую ступню. Мне 8 лет, я всего боюсь, больно. Разрезали, поковырялись и говорят: всё, иголка ушла вверх по ноге и придётся сейчас всю ногу резать и искать её. И прямо ребром ладони до самой попы провёл этот долбаный хирург. Но тут на моё счастье зашла в процедурную трезвая медсестра. Они ей ситуацию рассказали. Та берет снимок, смотрит и меня спрашивает: - А в какой ноге у тебя иголка? - В левой. И тут она поворачивается к врачу и что-то матерное им шипит. Врач вышел к моему папе в коридор и начал извиняться, что произошла ошибка и нужно резать правильную ногу теперь. Папа рассказывал, что учуял запах спирта от врача, хотел ему морду прямо там набить, но иголку же ещё не вытащили. Обкололи новокаином левую ступню, достали иголку зашили. Примерно месяц я ползала по квартире, больно было ходить. Это был как раз день маминого рождения, 30 лет. Её любимые цветы тюльпаны. Папа заранее договорился на базаре с кем-то, чтобы в теплице высадили тюльпаны. И вот едем мы домой на военном ЗИЛе, я у папы на коленях, в ногах стоит синее эмалированое ведро, в котором 33 тюльпана (папа с запасом взял). И папа придумывает, что маме сказать, чтобы не нервировать, почему у ребёнка обе ноги разрезаны.