Мой сын явно не хотел находиться в этом месте и закатил истерику, но мне все же мне пришлось оставить его здесь.
Пять лет назад я родила прекрасного сына Антошку от моего любимого супруга Дениса. Мы с мужем уважаем друг друга и являемся, как мне кажется, образцовыми родителями. Когда Антону исполнилось четыре годика, мы переехали в другой район, чтобы быть ближе к матери и отцу мужа.
Раньше я не успевала приезжать за сыном в садик, но теперь могла положиться на свекровь и свекра. Отношения с ними у меня были замечательные.
После переезда я отправилась устраивать сына в ближайший детский сад, но мест там не оказалось. Тогда мы с мужем решили устроить Антошку в частный садик. Деньги были не проблемой, ведь у меня на тот момент была хорошая и высокооплачиваемая работа, благодаря которой мы могли многое себе позволить. Мой муж тоже работал и получает неплохие деньги. Из-за этого никто из нас не мог остаться дома с сыном.
Вскоре наш малыш отправился в садик на пол дня. Когда я его забирала, он был веселым и счастливым, а воспитатели на первый взгляд, казались, профессионалами своего дела, но я ошибалась.
Однажды вечером после работы я не успевала забрать сына, поэтому попросила свекровь помочь мне. Через несколько часов я забрала ребенка от бабушки и дедушки. Пока мы с Антоном ходили по магазинам, он был нервным и все время плакал. Дома я начала переодевать ребенка и обнаружила на его плече огромный синяк. Я позвала мужа и показала ему руку Антона. Пока супруг звонил своей матери, я пыталась узнать у сына, чьих это рук дело. Он не хотел говорить, потому что боялся. Я знала, когда мой сын чего-то боится, то садится к стене и опускает глаза. В общем, нужно было разбираться со всем этим, тем более свекровь сказала, что внук дома был под присмотром и ни обо что не ударялся.
Утром я отпросилась с работы, чтобы разобраться с воспитательницами в детском саду. Я привела сына и поднялась к заведующей. Мне пришлось показать синяк на руке ребенка, но заведующая Мария Евгеньевна с наглым видом лишь разводила руками. Она сказала, что ее подчиненные хорошие воспитатели, а детей они и пальцем не трогают. На этот раз я решила оставить все как есть. Мой сын явно не хотел находиться в этом месте и закатил истерику, но мне все же мне пришлось оставить его здесь.
Вечером я лично пришла за Антошкой. На этот раз новых синяков на его теле не было. Я успокоилась, но лишь на время.
Через две недели Антона мне отдали с фингалом под глазом и моему возмущению не было предела. Я начала ругаться и требовать объяснений, но воспитатели сказали, что Антон подрался с другим мальчиком Мишей. Тогда я не могла понять, что дети в таком возрасте не поделили между собой. После скандала меня отвела в сторону уборщица и рассказала, как тут обстоят дела. Женщина ни один раз видела, как воспитатели бьют детей. Многие родители пытались добраться до истины, но не смогли этого сделать, поэтому просто забрали отсюда детей. Вскоре я поняла, что мой ребенок не единственный пострадавший от рук воспитателей.
Этим же вечером я попросила у заведующей посмотреть камеры видеонаблюдения, но она не дала этого сделать, ссылаясь на то, что они не работают.
Я не стала спускать им это с рук, поэтому объединилась с другими мамами, и мы вместе написали заявление в полицию.
Вскоре в этом детском саду начались проверки, а через полгода их закрыли. Воспитателей отдали под суд. Та уборщица стала главным свидетелем в этом деле. Она рассказала обо всем, что видела. Благодаря ей мы смогли наказать этих ужасных людей, которых и близко нельзя подпускать к детям.