Порой надобно охолонуться от фатальных дат и цифр, и устроить своему уставшему интеллекту праздник в виде старой доброй классики. Ничто так не возвращает к жизни, как проза Гоголя. Когда начинаешь читать любой его текст, будто бы садишься в лодку без весел и начинаешь плыть по течению. Его напевная и спокойная речь умиротворенно влечёт тебя за собой, при этом погружая в какой-то особый транс.
Мне всегда нравился его рассказ "Старосветские помещики". Он небольшой по объему, но несёт в себе нарратив целого романа. Уютная и неспешная жизнь Афанасия Ивановича Товстогуба и его супруги Пульхерии Ивановны Товстогубихи. И не сарказм и не гротеск, но лирика. Двадцатипятилетний Гоголь ещё не стал тем, кто сочинит “Петербургские повести”. "Помещиков" читывал ещё и Пушкин. А Белинский нашёл в них такого, что Гоголь туда, вероятно, и не вкладывал. Дескать, разоблачение сытой жизни, борьба с обывательщиной. Можно себе представить разговор желчного Белинского со скромным Гоголем. Неистовый Виссарион хлопает автора по плечу, мол, правильно задал им перцу. А Гоголь растерянно улыбается, ну как возразить такому "светилу" критики. Белинский мог одной статьёй под корень уничтожить карьеру начинающего литератора, его слушались и боялись.
Ах, сколько таких пар, таких "помещиков" довелось многим из нас наблюдать! Их и сейчас предостаточно. Когда их вижу, вспоминается Гоголь...
