Продолжая тему влияния матерей-нарциссов на своих дочерей, мне хотелось бы подробнее остановиться на вопросе идентификации.
В ходе терапии у таких анализанток рано или поздно появляются такие вопросы, как:
«Кто я такая? Какая я? Зачем я здесь? Не понимаю, куда и зачем двигаться дальше?».
Как правило, это происходит не сразу, а на определенном этапе терапии, когда произошло осознание и принятие материнской нарциссичности и её влияния на жизнь и психику анализантки. Когда стало понятно, что стремление к бесконечным победам и свершениям, к какому-то недостижимому идеалу – это не её подлинные желания, а лишь материнские проекции и обслуживание материнского нарциссизма.
Тогда приходит ощущение пустоты, непонимание собственной идентичности, а также бессмысленности своего существования.
У таких женщин отсутствует понимание собственных чувств и эмоций, на которых в своё время был наложен запрет нарциссической матерью. И этот запрет, будучи интроецирован в психику, продолжает существовать уже у взрослой женщины, став частью её самой и звуча в голове голосом её матери. Отсюда непонимание своих ощущений, необъяснимая тоска и пустота. Отсюда отсутствие желаний, ведь став объектом желаний другого, она утрачивает свои собственные и перестаёт быть желающим субъектом.
Проблемы с идентификацией возникают у таких девочек на раннем этапе, когда у ребёнка еще не сформировано собственное Я. Но мать не становится объектом для идентификации, так как дочери нет места рядом с нарциссической матерью, она становится лишь экраном для проекций её неудовлетворенных стремлений к величию и грандиозности, являясь лишь нарциссическим расширением своей матери.
Мать узурпирует право на существование своей дочери, поглощая её и навязывая определённый жизненный сценарий, которому девочка должна следовать, чтобы заслужить материнскую любовь. Но стремление к идеальному образу не даёт ей желаемого результата, а лишь порождает отсутствие подлинной идентичности, основанной не на реальности, а на идеальных представлениях. Холодность, безразличие и обесценивание матери создаёт у неё ощущение собственной неполноценности, чувство нежеланности и даже сомнение в собственном существовании, потому как она никогда не сможет достичь требуемого идеала.
В таких отношениях мать использует дочь как зеркало для подтверждения собственной значимости, получая нарциссическое подкрепление, а дочь подстраивается под мать, чтобы получить её недостижимое одобрение, так как единственная возможность сохранения отношений с матерью-нарциссом – это поддержка её игры.
Для дочери в такой ситуации возможны две идентификационные модели: быть такой, как мать или стать её полной противоположностью. Но и в том, и в другом случае создаётся, так называемая, «ложная самость» – ведь дочь никогда не сможет полностью удовлетворить амбиции матери и не будет для неё достаточно хорошей, но и никогда не сможет полностью её разочаровать, являясь для матери всего лишь объектом проекции.
В терапии дочери матерей-нарциссов могу получить позитивный опыт принимающих отношений и начать понимать то, что важнее быть живой, а не идеальной, заполняя пустоту своего внутреннего мира, наполняя его эмоциями и переживаниями, находя внутреннюю опору в себе. Таким образом, обращаясь к себе и своим желаниям, они могут создать свою истинную идентичность.