Старинный английский фарфор, драгоценности, картины известных художников, письма с фронта участника Великой Отечественной войны – всё это нашёл на московских помойках житель Свиблова Михаил Захаров-Грозин.
Картины в контейнере
Михаил приехал в редакцию «АиФ» с рюкзаком и огромным кожаным чемоданом. Принялся выкладывать на стол вещи – посуду, картины, фотоальбомы, вазы, шкатулки. Через несколько минут кабинет стал похож на витрину антикварного магазинчика.
«Если бы мне лет 10 назад сказали, что я буду «изучать» столичные помойки, я бы удивился, – говорит Михаил. – Ничто, казалось, к этому не располагало».
Он родился в интеллигентной семье: папа – физик-ядерщик, мама – технолог швейных изделий. У Михаила два образования – экономическое и журналистское. Он успел поработать по обеим специальностям. Но настоящей его страстью стала археология.
В 2011 году Захаров-Грозин увидел объявление о наборе волонтёров на раскопки в городище «Старая Рязань». Решил из интереса съездить и... влюбился в эту науку. Что касается помоек, то эта скрытая от многих часть московской жизни приоткрылась ему совершенно случайно.
«В конце марта 2018 года я, проходя мимо контейнерной площадки, увидел лежащие на верху заполненного мусорного бака десяток картин, – вспоминает Михаил. – У меня аж сердце подпрыгнуло – у кого поднялась рука выбросить такое сокровище? Оставить картины там я не мог».
Преодолев смущение, Михаил схватил полотна в охапку и унёс домой. И с того дня новая страсть захватила его целиком.
Почти 12 стульев
Среди его находок – гарднеровский фарфор и другая посуда XIX века, статуэтки, самовары, утюги, кольцо с сапфиром, 2-метровый старинный веер ручной росписи. И мебель. Например, бюро тонкой работы XIX века, венские стулья братьев Тонет – это тоже позапрошлый век. Вообще стулья, по словам Михаила, выбрасывают очень часто. И среди них попадаются редкие, антикварные экземпляры. Люди же не знают их ценность. Думают: а, старьё.
Отдельная тема – документы. Михаил с трепетом раскрывает папку, полную «корочек» и бумаг. Вот удостоверение участника ВОВ, трудовая книжка, свидетельство об окончании университета марксизма-ленинизма, выданное в 1950 году. В этих документах – огромный пласт жизни поколений москвичей.
Письма из прошлого
Однажды Михаил нашёл в контейнере папку с письмами. Посмотрел на время их отправления – и вздрогнул. Это были письма с фронта, датированные 1942–1945 годами. Адресат – Пестровская Татьяна Степановна, проживавщая в то время в квартире 5 дома 50 по улице Пятницкой. Начинались они одинаково: «Милая, дорогая Танечка». Судя по всему, писал врач.
«Я уже полностью втянулся в военную жизнь, – начинает одно из первых писем фронтовик. – Привыкаю к другим условиям работы, знакомлюсь и изучаю санитарно-медицинское дело в войсковых условиях. Обмундировался и из гражданского человека превратился в военного так, что ты меня не узнаешь. Как ты живёшь без меня? Как твоё здоровье? Как мама? Обо мне не беспокойся, я здоров, чувствую себя хорошо, настроение бодрое».
А в другой раз Михаил нашёл в мусорном контейнере альбом с фотографиями: 1912, 1915, 1923 годы. Вот ребёнок, одетый в меховые шапку и шубу, на другом фото – группа людей у берега моря, на третьем – семья в интерьерах дореволюционного дома, на четвёртом – женщина, укачивающая младенца. Снимки, полные жизни, энергии, любви, движения... «Жалко все находки. Их число растёт, гора накопленного уже до потолка, – признаётся наш гость. – Дома, конечно, есть где ходить, где сидеть и где спать, но не более того. Вещи, которые я нахожу, – это же история московских семей. Я её спасаю. Для меня эти предметы – экспонаты».
Михаил говорит, что мечтает о создании музея или хотя бы виртуального архива, куда люди могут присылать оцифрованные документы, письма, фото. Чтобы они остались хотя бы в цифровом виде, чтобы сохранилась память о людях, которые ими владели.
Больше срочных и эксклюзивных новостей — в телеграм-канале АиФ