Когда-то в 12-летнем возрасте мне в руки попал “Роман археологии” Керама. Книга невероятно интересная. Я до сих пор помню оттуда буквально каждую страницу. Именно из этой книги я узнала о существовании Генриха Шлимана и историю о том, как он отыскал Трою.
Шлиман, конечно, выдающийся человек. Хотелось бы сказать от сохи, но нет, просто выходец из очень бедной семьи, где кроме Генриха было еще шестеро детей. Его отец, судя по воспоминаниям сына, был интересным и образованным человеком, но все имеющиеся у семьи деньги умудрился промотать в ноль и стал в итоге обычным сельским пастором. Впрочем, к концу жизни он и этого статуса лишился, совратив служанку.
Однако когда он еще не до конца опустился, то много занимался со своим любимым Генрихом, бесконечно пересказывал “Илиаду” и “Одиссею”, научил азам греческого и латыни. И хотя папаша подсунул своему способному сыну огромную свинью (подростком Шлиману пришлось бросить гимназию и работать разнорабочим на рыбном рынке — денег не было вообще), именно он зажег сына Троей и греческими мифами.
Трою Шлиман, несмотря ни на что, отыскал, правда, только в 60 с гаком лет. И его история для меня, с одной стороны, доказательство важности родительской поддержки во время обучения. А с другой — роли значимого взрослого (не обязательно родителя), который ребенка вдохновит и вытянет, несмотря ни на что. Так получилось, что отец Шлимана сыграл в его жизни обе эти роли, причем одну с треском провалил (я сейчас про финансовую поддержку).
А вот отцу психоанализа Фрейду повезло. Его мать разглядела в сыне незаурядные способности и буквально костьми легла, чтобы он получил хорошее образование. Чего стоит только тот факт, что у Зигмунда — золотого Зиги, как называла его мать — единственного была своя комната, а уроки он делал при свете керосиновой лампы, а не при свечах, как остальные дети в семье. Здесь, конечно, возникает вопрос этичности такого подхода. Я бы не смогла отдавать все ресурсы одному ребенку, а остальных обделить. А Амалия Фрейд смогла и ее сын действительно стал великим человеком.
Аду Лавлейс — женщину, написавшую первую в мире компьютерную программу — мать не так чтобы очень любила. Но она боялась, что дочь увлечется поэзией по примеру своего “никчемного” отца лорда Байрона. Поэтому с детства Аду обучали настоящие светила математики и механики. Платили им за уроки весьма и весьма хорошо. Важно было, чтобы девочка заинтересовалась науками, а не стихоплетством. В результате Ада стала ученым настолько, насколько это было возможно для женщины в Англии первой половины ХIХ века.
Еще меня в свое время поразило, как мать русской пианистки Марии Бариновой буквально последние деньги тратила на подготовку дочери к консерватории, потому что у девочки явно был талант. Об этом я прочитала в ее воспоминаниях. Всем рекомендую, если найдете.
Но мой неизменный фаворит в этом плане — книга американской китаянки Эми Чуа “Боевой клич матери-тигрицы”. Вот уж где человек решил пожертвовать буквально всем ради детей. По-серьезному так. Хорошо, что она вовремя остановилась, особенно в случае со второй дочерью. Книга неоднозначная. Как-нибудь напишу о ней подробнее.
В общем, все эти случаи иллюстрируют для меня простую вещь. Без помощи родителей выдающийся ребенок, конечно, сможет многого добиться, но истратит на это значительно больше времени, чем если бы ему помогали. И для родителей детское образование — это всегда про урезание ресурса. Будь то деньги, время, карьера или же “обкрадывание” других детей в семье, как было у Фрейдов. Но иначе никак. Иначе будут детки расти как трава в поле. Как трава и вырастут.
P.S. Конечно, никаких компьютеров при жизни Ады Лавлейс не было. Но в одном из своих писем Ада описывает алгоритм вычисления чисел Бернулли на аналитической машине. Именно это и считается первой программой, специально реализованной для воспроизведения на компьютере. Поэтому Ада Лавлейс считается первым программистом.