Сегодня д/р Константина Львовича Эрнста;
ровно 10 лет назад СОБЕСЕДНИК опубликовал интервью со мной под рубрикой ФОТО С ИСТОРИЕЙ.
Воспроизведу лишь три абзаца:
На этой фотографии Костя готовится к прыжку в запрещенной зоне. Там даже местные не отваживались прыгать и смотрели на нас, как на сумасшедших. Внизу – масса подводных острых скал. Между ними было как бы окно размером, чтобы не соврать, метр на метр. Надо было точно войти, иначе... Несмотря на бурное детство в Марьиной роще, я лишь тогда, в Никитском, впервые понял, что выражение «дрожат поджилки» не просто фигура речи. Это реальное ощущение, когда ноги становятся ватными. Больше я таких ощущений никогда не испытывал.
Главное, непонятно, зачем мы это делали! (Смеется.) Третий на фото – гомеопат, очень модный тогда, врачевал кинематографическую элиту Страны Советов. Я забыл его имя – с ним дружил Костя. Очень добродушный был парнишка.
<...>
Осенью 88-го я познакомил Костю с Сашей Любимовым. Они быстро сошлись, и на следующее лето Любимов тоже был с нами в Крыму. Надо сказать, что Александр Михайлович – человек очень резкий. Поэтому, когда к нашему столику в ресторане «Ялта» подходили желающие с Любимовым сфотографироваться, он достаточно чётко давал понять, что он тут отдыхает.
Однажды мы нарвались на людей, которые не настолько любили программу «Взгляд», чтобы стерпеть подобное обращение. Случился конфликт. В драке участвовали все трое. Серьёзно нас тогда отделали, пришлось идти накладывать швы в медпункт.
<...>
О назначении Кости генпродюсером ОРТ я узнал в 1995 году от Серёжи Шолохова (тогда - ведущий программы «Тихий дом»). Тот приехал с Каннского кинофестиваля, потрясённый этой новостью. Я, если честно, не поверил. «Дим, хочешь поржать? – спрашиваю Диброва. – Костя сказал Серёге, что его назначили руководителем ОРТ!»
Дима: «Ну вообще! Как так можно?! Как он будет смотреть людям в глаза?!» Для всех нас Костя ведь был Матадором…
И после этого – бум, официальное назначение.
И мы такие: «Ни фига себе!» Гадали: и сколько он продержится? Месяц? Два? Даже ставки делали.
Уверены были, что «творца» сожрут, что «режиссёра» слушаться не будут...