Читая мифы, мы часто сталкиваемся с тем, что современному рационально мыслящему человеку кажется бредом. То чудовища ведут себя как люди, то люди — как чудовища. Герой в один миг переносится на огромные расстояния, а перед лицом опасности может проявить как необычайную хитрость, так и явную глупость. Но это не значит, что для описания последних подвигов Геракла греки наняли слабых шоураннеров.
Дело в том, что и создатели, и слушатели мифов обладатели мифологическом мировоззрением. Это не значит, что древний человек не отличал сон от реальности. Но реальность он воспринимал в большей мере чувственно, чем понятийно. Например, грозу ему было проще всего описать с помощью хорошо знакомых человеческих качеств — силы и ярости.
Внешние явления в мифологической картине мира описываются через внутренние.
А вот когда нужно рассказать про личные переживания, то происходит обратный процесс. На помощь приходят образы страшных или прекрасных существ, персонифицированных природных явлений. Развитие