Еще в школе я на каком-то интуитивном уровне побаивалась троечников. Ну, как побаивалась... Они мне представлялись некой серой массой, неинтересной, скучной, бессмысленной.
Отличники тоже бывали разные: были те, кто кичился своей "отличностью", не давал списывать, свысока смотрел на остальных и дружил только с себе подобными; были те, чей смысл существования заключался в оценке "отлично", кто из кожи вон лез, чтобы заслужить очередную "пятерку" и плакал, если ставили "четыре"; были и те, кто просто не мог по-другому, в целом ничем не отличаясь от одноклассников.
Хорошисты, на мой взгляд - это ленивые отличники, для которых все "и так сойдет". Талантливые и умные, но не видящие смысла в получении высшей оценки. В этом есть что-то нигилистическое, бунтарское. Поэтому с хорошистами я всегда находила общий язык.
Двоечники (и, как правило, хулиганы) - это вообще отдельная социальная группа. Я дралась с ними и спорила, как с представителями противоположного лагеря, агрессивного и враждебного. Эдакие "силы зла", которые непременно надо было поставить на место - переиграть и уничтожить... За что часто получала синяки под глазом и шишки.
А вот с троечниками моя Вселенная не пересекалась никак. Я даже не могу точно сказать, по какой причине эти люди не были ни двоечниками, ни хорошистами. Что им мешало (и мешало ли): лень, отсутствие способностей, пофигизим, нехватка интереса к жизни? Учителя ставили им тройки даже не из жалости, а потому что "да что с него взять, кроме анализов".
Я думаю, у них просто не было интереса заниматься тем, чем им приходилось заниматься. Я сейчас говорю о таких троечниках, которые не интересовались вообще ничем, даже за пределами школы. Ведь были талантливые ребята, которым не давалась учеба, зато они прекрасно играли на гитаре или клеили сложнейшие модели самолетов, например. Или имели прекрасные спортивные достижения, а учиться было просто некогда.
Отсутствие интереса к жизни меня всегда отпугивало и до сих пор отвращает в людях. Неосознанно, до брезгливости. Словно соприкасаешься с непонятной серой жижей. Нет, я не ощущаю (и тем более в школе не ощущала) себя выше или достойнее этих людей, я просто не чувствовала их, словно их нет. Странно разговаривать с человеком, который в этот момент отсутствует. Как с тенью чего-то непонятного.
Мне неинтересны эти люди, а им не интересна я. Мы говорим на разных языках. Более того, мы живем на разных планетах. На их планете важным событием в жизни является, к примеру, ежедневная покупка еды. Они могут рассказать об этом, как о чем-то значимом и достойном обсуждения. К этому их приучила школьная модель поведения троечника: чем-то заполнять пустоту, не выходя за рамки привычного - не постигать ничего нового, но делать культ из вещей, которые в принципе не заслуживают настолько повышенного внимания.
При знакомстве с женщиной они будут интересоваться, есть ли машина и с кем она живет, потому что умеют "приспосабливаться к жизни", а другими словами - цепляться за ее материальную составляющую, чтобы выжить, желательно за счет других. Этому они опять же научились в школе - где-то списать, где-то соврать, чтобы не выгнали и дали доучиться.
Еще одна отличительная особенность троечников - обесценивание достижений других людей. Они будут смеяться (по-дружески!) над твоими успехами, и в противовес выкатывать мощнейший аргумент, свои "победы".
- Ты защитил докторскую? Да ты всегда был ботаном! Не, это все фигня, я тут на днях тачку взял...
Далее следует в мельчайших подробностях рассказ о достоинствах российского автопрома перед импортным, при этом умалчивается, что был взят неподъемный кредит, и даже при этом на более качественную машину денег не хватило.
- Тычёбля (так начал свое обращение ко мне на встрече одноклассников один бывший троечник, хотя, как я заметила, среди них бывших не бывает), по какой статье сидела?!
Оказалось, он был крайне удивлен и раздосадован увиденной им татуировкой на моем плече (я была в платье с декольте). Человек, которого я со школы видела от силы пару раз, счел возможным сделать мне замечание, что это не тату, а "синька", и требовал пояснить, зачем я ее сделала. При всем моем богатом словарном запасе я не нашла слов, чтобы ему ответить, так как он был носителем неведомого мне языка троечников и соответствующего же сознания.
Потом он весь вечер рассказывал то одному, то другому однокласснику, как сделал карьеру в рядах доблестной мили/полиции и нынче дорос до преподавания чего-то там. Блестящая лысина, пузо и обручальное кольцо, врезавшееся навечно в толстый палец, прилагались.
Самое интересное, что и они, троечники, со мной никогда не пытались выйти на контакт (за исключением описанного случая), видимо, я тоже для них всегда была инопланетянкой.