В 1941 году Московский университет был сначала эвакуирован в Ашхабад, позднее некоторые подразделения переехали в Свердловск (ныне Екатеринбург). Но уже в 1943 году, когда опасность прорыва неприятельских войск в Москву миновала, руководство страны приняло решение о возвращении университета в Москву. В 1944 году основная часть факультетов вернулась в столицу и развернула работу по подготовке кадров для мирной жизни. Однако же, конечно, всех огорчала пустота напротив Аудиторного корпуса. Встал вопрос о возвращении спрятанного в помещении церкви Святой Татианы бюста М. В. Ломоносова на старое место. Тут мнения разделились. Радовало, что бюст, несмотря на бомбежку, уцелел и мог быть восстановлен на прежнем месте. Но после эпохальной победы советского народа в 1945 г. бюст (а не полноценный памятник) великому русскому ученому казался небольшим, слишком скромным для первого университета победившей в войне страны. В итоге было принято решение об установке нового памятника Ломоносову, а его создание было заказано знаменитому советскому скульптору Сергею Дмитриевичу Меркурову (1881–1952).
С. Д. Меркуров снискал себе славу известного скульптора-монументалиста еще на заре советской власти, активно участвуя в программе монументальной пропаганды. В ее рамках он создал много памятников, установленных в 1920-е годы в разных уголках страны, в их числе памятники Ф. М. Достоевскому, К. А. Тимирязеву, Л. Н. Толстому, Карлу Марксу и другим выдающимся личностям. К концу 1940-х годов С. Д. Меркуров стал одним из немногих советских скульпторов-монументалистов, регулярно получавших государственные заказы на изготовление статуй Ленина и Сталина. Он принялся за работу и изготовил модель памятника, которая была одобрена Советом МГУ и ныне хранится в музее М. В. Ломоносова в Санкт-Петербурге. Будущий монумент представлял собой скульптуру молодого Ломоносова в полный рост.
О том, как Меркуров создавал свои работы, сохранились воспоминания его дочери. Вот что она пишет:
«Сергей Дмитриевич очень любил лепить с натуры, но это далеко не всегда удавалось. Пользование фотографиями считал проклятием для скульптора. Но тем не менее он должен был очень часто обращаться к ним: при изображении исторических личностей знакомился с иконографическим материалом. Настольными книгами были истории костюма. Эскизы, а их создавалось множество, обычно делались в глине, реже в пластилине, так как он “тянется”, или в воске. Затем обязательно лепилась обнаженная фигура. В мастерской постоянно стояли два гипсовых экорше (учебное пособие для скульпторов и врачей. – прим. ред.) – с обнаженными (без кожи) мышцами: в рост человека и метровая, а также скульптура лошади. Постоянно позировал натурщик, который по желанию мог пошевелить любой своей мышцей. Затем скульптура “одевалась”. Часто обнаженная вещь обертывалась бинтами или даже отливалась из гипса – чтобы “не залезть в тело”. Подготовка крупных работ в глине проводилась скульпторами-помощниками. После отливки гипсовая модель обязательно прорабатывалась еще раз. С нее снимали кусковую или клеевую форму и делали окончательный отлив или даже несколько».
Новый памятник был установлен напротив Аудиторного корпуса уже в 1945 году. Он действительно выглядел более солидно и монументально, нежели прежний. Однако же в силу превратностей послевоенного времени памятник был изготовлен не из бронзы, а из тонированного под бронзу гипса, что предопределило его недолговечность. Уже к началу 1950-х годов монумент стал ветшать: кое-где на композиции появились трещины и сколы. Поэтому, когда столица готовилась принять Всемирный фестиваль молодежи и студентов в 1957 году, творение Меркурова было решено заменить.
Автор: доктор исторических наук, профессор кафедры истории и правового регулирования отечественных СМИ факультета журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова Д. А. Гутнов
Дизайн: А. А. Магера