Гордые, живые, сильнораненные
Несут со сцены ангелов и бесов
Порой-причёсанных, порой - исправленных
В угоду униремам и балбесам
И залежи сарказмо-сахаридов
Плывут в галдяще-жаждущие рты
Они и я. Как клещ. Как аскариды,
Живущие в кишечнике толпы
И чем анестезия от укусов
Приятней, наркотичней и нежней
Тем больше полнота в букете вкусов
И тем спокойней клещи и важней
А я нелеп собою, не подсажен
И, принимая панцирями град,
Козявка, важно-непродажная
На землю молча сцеживаю яд
Гордые, живые, сильнораненные
Несут со сцены ангелов и бесов
Порой-причёсанных, порой - исправленных
В угоду униремам и балбесам
И залежи сарказмо-сахаридов
Плывут в галдяще-жаждущие рты
Они и я. Как клещ. Как аскариды,
Живущие в кишечнике толпы
И чем анестезия от укусов
Приятней, наркотичней и нежней
Тем больше полнота в букете вкусов
И тем спокойней клещи и важней
А я нелеп собою, не подсажен
И, принимая панцирями град,
Козявка, важно-непродажная
На землю молча сцеживаю яд