На перевале Кезген я испытала яркую гамму эмоций. Решила даже записать её на видео, включив фоном песню, которая очень соответствовала смыслу происходящего:
Моё прохождение перевала Кезген в маленьком соло-походе описано в этой статье.
Откуда ноги растут
В 2009-ом году я отправилась в первый настоящий горный поход, который, хоть и был неофициальным, имел вторую категорию сложности с элементами третьей. Категории эти мне ни о чём не говорили. Меня позвали - я пошла. Опыт походов на тот момент был по Южному Уралу (самостоятельно с друзьями) и в Восточном Саяне с гидом-проводником, который всё организовал. И хотя Уральские горы - тоже горы, но ходили мы по горам налегке, оставив всё тяжёлое в приюте Таганай, откуда совершали радиальные выходы. А Восточный Саян - это сопки. Там, где мы ходили, высоты были небольшими и уклон не такой крутой, как на Кавказе. Те походы были пешими, а не горными.
Моя физическая форма
И хотя я любила и могла много ходить пешком, а так же занималась скалолазанием, моя физическая форма была далека от той, которую имею сегодня. Ходить по сложному рельефу с рюкзаком такой тяжести, какой у меня получился в походе 2009-го года, мне ранее не доводилось. Уже в первый день я не понимала, как смогу с ним идти по горному маршруту. Сказать, что было тяжело, не сказать ничего.
Горный маршрут 2009-го года
В тот года через перевал Кезген мы шли со стороны долины Ирик-Чат. Ночевали где-то недалеко от подножия перевала. Рядом был какой-то мутный ручей. Сегодня мне этот маршрут не кажется таким трудным, как тогда. А тогда наша первая ночёвка была на высоте порядка 2700 метров над уровнем моря. В первый день похода мы набрали 1000 метров. Фактически, с поезда. Приехали и сразу в путь. К такой нагрузке я оказалась не готова.
Под перевал Кезген мы пришли на второй день похода. Высота там более 3000 метров над уровнем моря. Сейчас я знаю, что набор высоты для первых двух дней для неподготовленного человека с равнины был слишком быстрым. Но тогда я ничего не понимала и не знала. Доверяла организатору и руководителю похода. В тот день мы пришли к подножию перевала к обеду. Поставили лагерь, перекусили и отправились на перевал Кезген налегке, с целью акклиматизации перед завтрашним штурмом перевала. Заодно решено было отнести туда заброску - что-то тяжёлое и пока ненужное. Кошки, газ, часть продуктов.
Перебор с высотами
Уже сейчас я понимаю, что мне в ту радиалку на перевал ходить не стоило. Имело смысл отдохнуть в палатке. Восстановить силы, которые я уже на тот момент потратила сверх меры. Уже залезла в долг в организм. Но что я там понимала? Ни-че-го. Устала, да. Но сказал же руководитель, что надо сходить на перевал - значит, надо. Кто я такая, чтобы с руководителем спорить? Пошла со всеми вместе.
Подъём тогда дался не очень тяжело, но и не сказать, что легко. Склон осыпной, три шага вверх - два из них вниз. Налегке не столь критично. А вот с тяжёлым рюкзаком это станет для меня долгим преодолением.
Ночь перед штурмом перевала Кезген в 2009 году
У меня случилась бессонница. Абсолютная. Я совсем не могла уснуть. Видимо, из-за переутомления и перебора с высотами. Перевал Кезген в районе 3800. А то был всего лишь второй день похода. Однозначно, перебор! Поэтому утром сил у меня было ещё меньше, чем вчера.
Штурм перевала после бессонной ночи
Собрав рюкзаки, мы вышли на штурм. Руководитель и двое опытных участников быстро ушли вперёд. Аня какое-то время шла рядом со мной, а я старалась не отставать хотя бы от неё, но хватит меня не надолго. Когда склон стал круче, стоять на ногах у меня не получалось. Сил в мышцах не было. Я стала ползти на четвереньках. Помню, Аня тоже так ползла. Ей тоже было тяжело. Однако в какой-то момент она оказалась выше меня и стала уходить всё выше и выше, всё отдаляясь и отдаляясь. Мне хотелось её догнать, но не получалось. В глазах темнело, ноги и руки отказывались работать. Приходилось просто лежать на склоне и восстанавливать дыхание.
Таких передышек я делала много. Кажется, на каждые десять ползков. А я реально ползла, а не шла. Всё это время я была абсолютно уверена, что команда ждёт меня на перевале. Что они там сидят, перекусывают, общаются и ждут меня. Я старалась, как могла. Но настал момент, когда сил ползти не было. Перевальное седло всё не приближалось. Я уже давно потеряла из вида Аню. И решила позвать, чтобы убедиться, что перевал рядом. Стала кричать. "А-ня!" - крикнула я, что было мочи. Потом ещё раз. "А-ня!" В ответ - ничего. Я крикнула ещё. "Ань!" - так получилось громче. Всего один слог. Опять ничего. "Э-э-й!" - ещё громче крикнула я. "Кто ни-будь!" - кричала я громко и раскатисто, чётко выговаривая слоги. Ответное ничего отозвалось холодным страхом по моей спине и внутри живота. "А-а-а!" - завопила я истошным криком, будто меня режут. Мне стало по-настоящему страшно. Одна на склоне гор, без сил, никто меня не слышит. Жуткое состояние. Слёзы отчаяния покатились по щекам. Лежала там, оперевшись на рюкзак и плакала от отчаяния.
О чём я думала?
Мне, конечно, следовало тогда срочно перекусить. Съесть что-нибудь сладкое, чтобы поднять сахар в крови. Но я не догадывалась об этом. Казалось, что надо непременно ползти вверх. Больше ничего другого как будто делать нельзя. Голода я не чувствовала. Есть не хотелось. А надо было! Это теперь я знаю, а тогда... Был бы кто рядом, подсказал бы... Короче, посетила меня мысль спуститься обратно и поставить палатку на том месте, где мы ночевали. Вниз, мне казалось, легче, чем вверх. Я подумала о том, что если никто меня не слышит, может, и не ждут. А если не ждут, то догнать мне их не светит. Что там за перевалом? Разве я знаю, как спускаться? Что правильнее - пытаться догнать или спуститься и поставить палатку?
Моё решение
Я решила ползти вверх. Решила, что меня всё же ждут. "Сидят, наверное, за камнями там - от ветра спрятались. Поэтому и не слышат, как я зову. Да, точно, на перевале же ветер сильный, и там им мои крики не слышны." - Вот с такими мыслями продолжила я ползти вверх.
Перевал Кезген
Оказавшись на перевальном седле, я встала на ноги. Ноги пошатывались. Я подошла к краю седла и увидела темные точки на снежнике - они были уже внизу. В долине Кубасанты. Три маленькие движущиеся фигуры на белом фоне. Ани среди них не было. Она ещё спускалась по моренному склону. Её фигуру я разглядела позже. На перевале меня никто не ждал. Даже не пытались. Что же делать? Я ведь уже поднялась. Значит, надо пробовать спуститься к ним. И опять я ничего не ем. Кажется, что нет на это времени. Но это была такая большая ошибка. Я только пила воду. Есть мне не хотелось. В состоянии стресса я не чувствовала голода. Мне хотелось поскорее догнать группу.
Чуть-чуть не считается
Я начала спускаться в сторону ребят. Руководитель увидел меня и начал что-то кричать и махать руками. Аня была примерно посередине между нами. Обернувшись в мою сторону, она крикнула, чтобы я шла налево. Что прямо нельзя. Там скальные сбросы. Я пошла налево. Камни там были крупнее, на один из них я наступила неудачно. Он ушёл из-под моей ноги, и я слегка упала на колено. Встала. Сделала ещё шаг, и снова колено подогнулось. Я испытывала сильнейшую мышечную слабость. И как теперь понимаю, был низкий сахар в крови. Я предпринимала над собой усилия. Концентрировалась, как могла, максимально. Дошла до снежника и там, видимо, ослабила концентрацию. Оказавшись на снежнике, я снова не смогла удержаться на ногах. Нога подгибается, я скатываюсь по этому снежнику, скорость нарастает. Меня тащит на торчащие внизу камни... Я скатываюсь с ускорением. Перевернулась на живот, чтобы зарубиться. Пытаюсь воткнуть клюв ледоруба в снежник, но сил не хватает. Одежда съехала вверх, оголив живот. Чувствую холодок. Наваливаюсь на ледоруб плечом и останавливаю это качение. Ещё чуть-чуть, и напоролась бы на камни тем самым голым животом.
Троллинг в походе
На перевальном седле меня ждал мой забросочный рюкзачок. Ребята его вытащили из-за камней и поставили прямо там, на седловине. А я прошла мимо. не увидела. Или моё зрение за него не зацепилось. Не знаю. Руководитель и ещё один участник мужчина были уверены, что забросочный рюкзачок на перевале я оставила специально, чтобы не нести груз. А я в тот момент искала на перевале глазами людей. Я не искала там свой рюкзачок. Я совершенно о нём забыла. Забыла, что он там был. Людей увидела внизу, и всё моё внимание было уже на том, как бы мне их догнать. Когда выяснилось, что мой рюкзачок остался там, я хотела за ним сходить, но руководитель мне запретил из-за камнепадоопасного участка. На следующий день они ходили в радиалку и прошли кольцо, зайдя попутно на тот перевал. Мой рюкзачок был там. Они его принесли, но до конца похода надо мной посмеивались и подтрунивали, что, мол, я хитрая лентяйка. А у меня тогда зародился вопрос, как могло быть, что я прошла мимо своего рюкзачка. Как могла не увидеть его? Тогда и зародилась мысль прийти на тот перевал снова, чтобы убедиться в том, что вдруг там есть вторая седловина, отделённая от основной. Вдруг я вылезла немного выше нужного? Это стало моей почти голубой мечтой.
Помню, как до вечера и на следующее утро я вглядывалась в перевал, чтобы разглядеть там то ли свой рюкзачок, то ли место своего выхода. Крутилась мысль о том, что вылезла я не на ту седловину, что там их как будто две...
Глупость?
Ну да, вот такая глупость. Может, просто на усталости я не увидела свою вещь? Я бы оставила эту тему, если бы руководитель просто сказал, что понимает, что так бывает. Что человек может плохо себя чувствовать и не заметить что-то.
Вообще пойти в горный поход и оказаться в таком большом отрыве от основной части коллектива, за пределами зоны видимости и слышимости стало для меня неожиданностью. В то время я не была такой самостоятельной в туризме, чтобы идти с большим отрывом от коллектива. Я вообще не была самостоятельной. А тут меня окунули. Как неумеющего плавать бросили в воду. Как хочешь, так и плыви. Хочешь - к левому берегу, хочешь - к правому.
Вызов себе
Я приняла вызов и после того похода стала осваивать туризм во всех его аспектах. И этот мой маленький самостоятельный поход был моим реваншем той моей слабости, неуверенности и моим страхам остаться в горах одной на ночлег. Потому что одной в горах может быть куда безопаснее, чем с людьми, которым доверяешь, а они тебя оставляют.
Сейчас я понимаю, что следовало спуститься обратно, поставить палатку, что-нибудь поесть (а продукты у меня какие-то были) и лечь спать. Просто поспать и восстановить силы. Да, у меня не было горелки. Я бы не вскипятила воду. Ну и что? Пила бы сырую из ручья. Из продуктов была сырокопчёная колбаса. Был, кстати, шоколад. И было его очень много. Но был он внутри рюкзака. Я почему-то не решалась его есть. Он как будто был взят на группу. И как будто можно было есть только тот шоколад, который вскрывал и ломал на части руководитель. Да, я совершенно не чувствовала в том походе себя самостоятельной. Мной нужно было командовать. Мне нужно было подсказывать. А меня приняли за самостоятельную единицу, каковой я тогда ещё не была.
Неженское дело
Вот такой неженский вызов себе я бросила. Правда, до реализации прошло целых 9 лет. То есть это не сказать, что было запланировано. Скорее, я просто вынашивала это в голове и, когда почувствовала готовность, решила попробовать сходить этот небольшой маршрут. Если вы ещё не видели моё видео, в котором я рассказываю о том, зачем шла на перевал Кезген, можете посмотреть. Шум ветра на какой-то период заглушает мои слова, но если прислушаться, можно разобрать:
#солопоход #поход #соло #перевал #горы #горныйпоход #туризм #guzelra