Продолжаем разбирать выставку «Процесс. Франц Кафка и искусство XX века» по буквам: добрались почти до середины алфавита. Сегодняшние три произведения (ровно столько их было на выставке на букву О) относятся ко второй половине ХХ века — отголоскам авангарда и классике московского романтического концептуализма.
Серия «Окна» — одна из самых известных в творчестве Ивана Чуйкова. В течение сорока лет он экспериментировал с этой простой формой, создав художественно и интеллектуально выверенные картины-объекты. Начало было положено в 1968 году, когда молодой художник случайно заметил на лестничной клетке несколько пустых оконных рам и взял их с собой. После ряда проб Чуйков открыл для себя совершенно новый творческий метод: окно стало плоскостью, полотном, на которое наносится изображение. Такая концепция картины как «окна в мир» была сформулирована еще в XV веке художником и скульптором Леоном Баттистой Альберти: «Сначала там, где я должен сделать рисунок, я черчу прямоугольник такого размера, какого хочу, и принимаю его за открытое окно, откуда я рассматриваю то, что будет на нем написано». Но если задача Альберти — сделать пространство картины своего рода «стеклом», через которое видна «реальность», то у Чуйкова такое «окно» — это пространство, в котором художник исследует зрительное восприятие и мышление, подвергая «реальность» сомнению. Как и многие московские концептуалисты его поколения, Иван Чуйков не отказался от живописи, а поставил ее на службу своей идее.
Серия «Обитаемые пейзажи», в которую входит «Объект», — одна из последних в творчестве Гарифа Басырова. Вот как описывает ее искусствовед Леонид Бажанов:
Собственно, пейзажа как такового в традиционном смысле слова нет. А есть некая космическая данность, к пейзажу отношения не имеющая, а, наоборот, как бы его опровергающая. Пейзаж в европоцентристской традиции – это нечто оживляемое нашим сознанием. А здесь это космическая данность. Она представлена нам, но нам не принадлежит и не подчиняется. Более того, она нас подавляет, если не отрицает и не уничтожает. Она даже не пускает нас туда присутствовать. Так что, и пейзажа-то нет, и обитание не предполагается.
А что же предполагается? Предполагается совершенно какое-то катастрофическое, сюрреалистическое, апокалиптическое сопоставление с этим космосом. С космосом, который не обитаем, не освоен, не оживлен культурой, а просто мы попали туда. Мы влипли в это. И ни справиться с ним, ни осознать его, ни одолеть его мы не можем. Мы лишь должны выжить в нем.
Проект реализован при поддержке компании «Мосавтостекло».