Вчера я пробежалась по магазинам, купила продукты на поминальный день и заказала пирожки. Вечером пролистала свой канал до публикаций о дяде, перечитала и снова пережила все те противоречивые чувства, которые на меня нахлынули. Надо же, уже и год прошёл со дня его смерти, а то как мы ехали в психоневрологический интернат и в дороге нам светило солнце до сих пор отчётливо помню.
В пятницу, после обеда, я занималась уборкой в квартире, хотела успеть убрать до маминого прихода. Терпеть не могу, когда во время уборки кто-то находится дома.
Коты разбрелись по комнатам и сладко спали. За окном периодически "бахало" и чуть слышно гудели самолёты. Пасмурно и прохладно, зато ни одного клочка снега и сухой асфальт.
Мама пришла с работы взволнованная, теперь начали и нашему региону досаждать телефонные мошенники. А люди у нас ещё ненаученные горьким опытом, поэтому они оказались лёгкой добычей. У маминой сотрудницы сняли с карточки 53 000 руб., после звонка с неизвестного номера. Она сама и сказала все данные, вот так и лишилась отложенных средств. Женщина в шоке, живёт вдвоём с сыном-инвалидом. В общем, случился переполох в нашей больнице, все побежали снимать деньги с карточек.
А я уже привыкла к таким телефонным звонкам ещё в Крыму, много их переблокировала, но всё равно каждый раз муторно.
А ещё я целый день заглядывала в новости на ТГ. Что же там с Авдеевкой?
В укpСМИ её называли воротами в Дoнецк. Неужели эти ворота, распахнутые с 2014 года, закроются для незваных гостей? Новые фото и видео появляются из этого небольшого городка и теперь, вместо ук раинских флагов, над ещё дымящимися руинами этого города, реют российские. Сколько же проливается крови и слёз за эти драгоценные метры земли.
И уже на утро читаю новость - ВСУ вышли из Авдеевки. Вышли? Через столько лет? Это как что-то нереальное. Но, положим, не вышли, а их вынудили выйти, вынудили бежать. И все ли вышли? Думаю, ещё обнаружатся "потеряшки" в разрушенных домах. На то это и война. В хаосе загубленных жизней и разрывающихся снарядов не каждый найдёт путь домой.
***
Сегодня мы были в церкви, потом съездили на кладбище и вернулись к бабушке, поминать дядю Вову. А кладбище-то на большом пустыре всё растёт и растёт, уже и края его не видно. Стоят равнодушные гранитные памятники и деревянные кресты, ветер завывает над могилами, холодные лучи солнца освещают заселяющийся пустырь, а издалека доносится приглушённое эхо войны, раскат за раскатом. Слабое, едва слышное здесь, в тылу, но сопровождающее нас ежедневно.
Бабушка всплакнула над могилкой сына, посетовала на его сложную и странную судьбу, дотронулась до креста и простилась. Тяжело, когда матери хоронят своих детей, пусть даже и неблагополучных.
***
Вечером с мамой возвращались домой, оставляя суетливый день позади. Слабый свет уличных фонарей сопровождал нас весь путь. Над головой, в тёмном небе, уже не летали самолёты, как несколько дней подряд. Шли не спеша, прогуливались, тихо переговаривались.
Удивительно спокойный вечер, как будто из прошлой жизни. Тишина на улице. Блаженная тишина мирной жизни. Обманчивая тишина. Что нас ждёт дальше? Какие пропасти ещё предстоит пройти?
Ничего нельзя повернуть назад, поэтому сейчас нужно смотреть в будущее. Переживём, перетерпим, справимся. Это всё, что нам остаётся. Всё то, что нам по плечу.