Довелось нам как-то пожить в квартире, в которой кроме нас жил кто-то еще. Не человек уж точно. Я бы все с удовольствием списал на свое богатое детское воображение, но мама тоже все видела и все помнит, хотя и очень не любит об этом вспоминать.
Мы тогда только переехали в другой город, потому что моего папу-капитана перевели на новое место службы. Дали папе как семейному отдельную квартиру. Однушку в здании барачного типа, но сказали, что это только на первое время, а потом освободится другая квартира и нас переселят.
Папа с первого же дня вышел на службу, а мы с мамой были дома. Мне тогда шесть лет только стукнуло. Дело было зимой, осенью родители планировали отдать меня в школу, поэтому в садик меня даже не пытались оформить. Для мамы работы в городке все равно не было, папа узнавал заранее, поэтому мы с мамой и хозяйничали дома.
В квартире было очень неуютно, но мама говорила, что вот сейчас мы обживем ее и все будет хорошо. Меня мама отправила раскладывать в ящик ложки и вилки, чем я себе спокойно и занимался. Как же я подскочил, когда за моей спиной разбилась вдребезги тарелка. На шум прибежала мама и стала ругаться, ведь она просила меня разложить столовые приборы, а я зачем-то за тарелки схватился, еще и уронил одну. Но я же ничего не трогал, что я маме и пытался доказать, а она не поверила. Сказала, что врать нехорошо, и остался я сегодня без сказки на ночь. Не могла же тарелка сама упрыгать со стола на пол.
Было очень обидно, что мама мне не поверила, еще и сказки лишила. Я продолжил раскладывать ложки и вилки, а когда закончил, задвинул ящик и отошел, ящик вылетел из стола с такой силой, будто кто-то его с остервенением дернул. Все приборы по полу, ящик тоже на полу.
Мама опять вбегает на кухню и начинает меня ругать. Я доказываю, что это оно все само, но она опять мне не верит. Меня отправляют в комнату стоять в углу. Обидно, ведь наказан ни за что. На кухне мама собрала разлетевшиеся приборы, все сложила, поставила на место. Но не успела она дойти до комнаты, как из кухни опять раздался грохот. Ящик опять валялся на полу. Остаток дня мы с мамой просидели в комнате, дожидаясь, пока придет отец.
Он нам не поверил. Говорил, что мы придумали глупый розыгрыш, даже мамины слезы его ни в чем не убедили. Он посчитал, что маме просто не нравится квартира, вот она и подговорила меня рассказывать небылицы.
Удивительно, но когда отец был дома, ничего не происходило. Не хлопали дверцы шкафов, не билась посуда и не вылетали ящики. Мы с мамой старались не оставаться одни дома, а на кухню без папы в доме вообще не заходить.
Пока папа был на службе, мы с мамой гуляли, а когда замерзали, уходили в библиотеку. Было здорово, я радовался, что мне не приходилось есть суп, мы питались булочками и чаем из ближайшей кулинарии. А потом встречали папу и шли домой. Но потом у отца начались ночные дежурства. Ночью нам деваться было некуда. Поэтому мы с мамой молча слушали, как нечто беснуется на кухне. Маме хватило двух таких ночей, чтобы собрать вещи и уехать вместе со мной к своим родителям. К отцу мы вернулись только тогда, когда он получил нормальную квартиру, а мама убедилась, что там все в порядке.
Папа нам с мамой, кстати, до сих пор не верит, что на самом деле что-то происходило.
