Балабановский «Брат» + быковский «Майор» + местный казахстанский колорит = «Черный, черный человек».
Фильм Адильхана Ержанова, с моей точки зрения, содержательно и концептуально вдохновлялся именно этими работами или, по крайней мере, творчеством двух отечественных кинематографистов в целом.
Итак. В глубинном Казахстане произошло убийство ребенка, и следователю Бекзату нужно обставить все «как положено»: большие люди подмазаны, улики подкручены, убийца из числа юродивых найден – осталось лишить его жизни. Но отработанная в аулах схема рушится, когда к главному герою спускают журналистку «сверху», чтобы та следила за ходом расследования: Бекзат начинает заниматься очковтирательством, параллельно придумывая, как выбраться из запутанной ситуации, где он оказался крайним. Постепенно у него просыпается совесть.
Внутреннее содержание «Черного, черного человека» примерно понятно всем любителям нашего кино, особенно ценителям разнообразных криминальных драм и историй в духе «русской смерти», но в этот раз обошлось без явной чернухи: кинолента цепляет в первую очередь медленным, неспешным повествованием, дающим прочувствовать всю глубину безысходности, в которой оказался главный герой. Вокруг бескрайние степи, но бежать некуда – возмездие так или иначе настигнет, схема «рука руку моет» во вселенной картины возведена в абсолют, и Бекзат в любом случае ответит за свои действия.
Визуальное повествование вторит сюжетной составляющей, где преобладают крупные планы и пейзажи, на которых герои теряются и выглядят мелкими песчинками. Авторы воспевают суровую красоту, в которой люди так и не смогли приспособиться к нормальной жизни и живут по волчьим законам.
Но есть и обратная сторона медали: многие кадры выглядят чересчур «артхаусно» и перекручено; лента также изобилует пространными сценами, без которых, как мне кажется, повествование выглядело бы более целостно и фундаментально. В общем, после просмотра не оставляет ощущение, что «Черный, черный человек» слишком уж вылизан, что сделан он не для своих, а специально для престижных фестивалей и смотров.
Сюда же относится и музыкальное сопровождение в духе эмбиента, которое ну никак не накладывается на художественный мир произведения: фольклорные национальные мотивы вписались бы куда лучше.
В остальном «Черный, черный человек» - фильм с приятным послевкусием, ориентированный в первую очередь на фестивальную (или, по крайней мере, искушенную) публику, а не среднестатистического зрителя, но в нем все, как мы любим: криминал у власти и коррупция на местах; разговоры на русском матерном (со смешным, кстати, акцентом) и тюремный лексикон; достижение дна и духовное перерождение; жизнь не по закону, но по справедливости.
В совокупности получается крепко сбитая криминальная драма в постсоветском сеттинге с пометкой «авторское кино», которая вряд ли сможет претендовать на то, чтобы попасть в пантеон классических фильмов схожего жанра и тематики, прекрасно известных вам и без меня.
P.S. И не говорите, что главный герой – не вылитая копия Данилы Багрова.