Найти в Дзене
Киногик

«Сказка сказок»: великое от Норштейна

«Сказка сказок» стала первой за долгое время картиной, вызвавшей огромный эмоциональный отклик и действительно яркие впечатления от просмотра.
Может быть дело в том, что я не самый большой фанат анимации, и полное погружение при столь необычном нарративе и конструкции произвело грандиозный эффект в голове. А, может быть, дело в том, что Юрий Норштейн действительно гений, как об этом трубят из каждого чайника.
«Сказка сказок» — нечто совершенно другое, то, что сложно описать словами или интеллектуально осмыслить. Это безусловно чувственный, иррациональный опыт, основанный на ассоциациях, которые смутно всплывают из подсознания по мере наблюдения за Сереньким Волчком и происходящим вокруг него.
Это узнаваемые, но в то же время неуловимые мотивы, которые, кажется, легко ухватить, но при первом прикосновении они превращаются в песок, и вновь нужно приложить усилие, чтобы пробраться сквозь норштейновские туманы.
Сюжет, вроде бы, прост, но разгадать его единственно верной интерпретацией

«Сказка сказок» стала первой за долгое время картиной, вызвавшей огромный эмоциональный отклик и действительно яркие впечатления от просмотра.

Может быть дело в том, что я не самый большой фанат анимации, и полное погружение при столь необычном нарративе и конструкции произвело грандиозный эффект в голове. А, может быть, дело в том, что Юрий Норштейн действительно гений, как об этом трубят из каждого чайника.

«Сказка сказок» — нечто совершенно другое, то, что сложно описать словами или интеллектуально осмыслить. Это безусловно чувственный, иррациональный опыт, основанный на ассоциациях, которые смутно всплывают из подсознания по мере наблюдения за Сереньким Волчком и происходящим вокруг него.

Это узнаваемые, но в то же время неуловимые мотивы, которые, кажется, легко ухватить, но при первом прикосновении они превращаются в песок, и вновь нужно приложить усилие, чтобы пробраться сквозь норштейновские туманы.

Сюжет, вроде бы, прост, но разгадать его единственно верной интерпретацией вряд ли возможно — зритель, погружаясь внутрь «Сказки сказок» пойдёт собственным путём, который вряд ли повторит ещё кто-то, ведь память, образы и воспоминания строго индивидуальны. «Сказку» невозможно разгадать, осмыслить, разложить интеллектуально. Её можно только прочувствовать.

Повествование здесь — абсолютное созерцание, полёт мысли, упражнение для сознания. Звучит пафосно, но мультфильм действительно вызывает живой отклик, который редко встретишь в современном кинематографе.