Доктор филологии Натали Пьеге-Гро рассматривает интертекстуальность как «вековечное подражание и вековечную трансформацию традиции со стороны авторов и произведений, эту традицию подхватывающих». Из этого следует, что любое произведение, независимо от степени схожести/опоры на предшествующий текст, имеет интертекстуальный характер.
Получается, что любое новое произведение не является абсолютно оригинальным и «не открывает нам какое-то новое явление», однако позволяет по-новому воспринять оттенки интертекста; почувствовать самобытность пересечения двух текстов.
Действительно, интертекстуальность есть первооснова литературы, поскольку всегда до текста и вокруг него существует язык. Язык включает в себя обрывки культурных кодов, формул, ритмических структур, фрагменты социальных идиом и т. д.-все они поглощены текстом и перемешаны в нём.
Именно поэтому интертекстуальность «..представляет собой общее поле анонимных формул, происхождение которых редко можно обнаружить, бессознательных или автоматических цитат, даваемых без кавычек.»
Лично мне очень нравится определение интерстекстуальности, данное французским литературоведом Р. Бартом. Согласно ему интертекстуальность «представляет собой общее поле анонимных формул, происхождение которых редко можно обнаружить, бессознательных или автоматических цитат, даваемых без кавычек"; "Текст - это раскавыченная цитата".
В основе величайших произведений литературы лежит интертекст. Так, Гоголь замышлял свою поэму «Мертвые души», подобно произведению Данте «Божественная комедия», последовав не только за образами героев Данте, которые были расположены по мере нарастания греха, но и взяв за основу идею произведения претекста.
Также, например, строки А.Вознесенского:
Поэты любят имя повторять –
«Сергей», «Владимир» – сквозь земную осыпь.
Он имя позабыл, что он хотел сказать.
Он по себе вздохнул на тыщу лет назад:
«Ох, Осип...»: включают в себя несколько трансформированных цитат с исходной предикацией из поэзии О.Мандельштама.
Таким образом, «бесконечная игра дифференцирования и новаторства» происходит за счёт обращения к одному и тому же материалу. Каждый текст оказывается включенным во всю систему созданных до него или параллельно с ним текстов. Именно поэтому интертекстуальность лежит в основе литературы как таковой.
Как сказал польский парадоксалист Станислав Ежи Лец: «Обо всем уже сказано. К счастью, не обо всем подумано».