Вам когда-нибудь приходилось слышать, как люди говорят вроде бы по-русски, но при этом ничего не понятно?
Ну, например:
«Давай почилим».
В переводе на нормальный язык это звучит так:
«Давай отдохнем».
Или:
Он меня заабьюзил, такой кринж, постоянно триггерит.
А это значит:
Он меня унижает, это неприятно, постоянно пытается задеть.
Составители словарей молодежного сленга не успевают их пополнять, а родители не понимают, о чем говорят их дети.
Большинство этих новых слов – взятые из английского слова. Но зачем же заменять нормальное слово странным заимствованием?
Язык – это живая система и он постоянно развивается. В нашем языке очень много слов, взятых из других языков, в основном из английского и французского. Будуар, желе, жалюзи, рутина, абажур, абориген – все эти слова пришли к нам из французского, и мы даже не задумываемся об этом, когда их произносим.
А в 21 веке мы обросли английскими заимствованиями – шопинг, дедлайн, таймер, бургер, чартер, триллер. Чаще всего остаются в языке слова, обозначающие понятия и процессы, которых у нас раньше не было. Или слова, более точно отражающие суть явления. Но скорость появления новых слов зашкаливает, об этом кричат и филологи, и лингвисты. И особенно – в молодежной среде. Поэтому мы, родители, и перестаем понимать своих детей.
Одна из причин такого бурного развития англицизмов – появление интернета, в котором беспрерывно сидит наша молодежь. Вот оттуда они и черпают беспрерывно лингвистические идеи. Ладно бы, при этом изучали английский – но нет, с учебой это никак не связано.
К счастью, ученые люди успокаивают: далеко не все слова из молодежного сленга перейдут в итоге в русский язык. Вот, молодежь 80-х говорила «шузы» вместо ботинок, «сейшн» вместо вечеринки. И кто об этом сегодня помнит, кроме тех, кто вырос в то время?
А психологи советуют: чтобы быть ближе к своим детям, изучайте словари молодежного сленга. К счастью, в интернете их полно. Если будете говорить с детьми на их языке, быстрее добьётесь понимания. Но я что-то сомневаюсь…
