С тоской глядя в тарелку с макаронами и котлетами, Макар думал о том, что напрасно он сегодня решил вернуться к Алёне, надо было ему оставаться у Надежды. Потому что вчера вечером Надежда его тоже кормила котлетами с макаронами.
«И сегодня вечером у Надежды, наверное, что-то другое, — думал он. — Может, даже утка запечённая с яблоками. А здесь? Как ни приеду, обязательно макароны с котлетами. Каждый раз — макароны и котлеты. Ну, сколько можно? Надоело ведь. Кусок в горло не лезет».
— Ты чего такой хмурый? — спросила Алёна. — Тебе что-то не нравится?
Макар, аккуратно положив вилку и ножик на стол, вытер салфеткой рот и спокойно рассказал жене, что именно ему не нравится. А после поинтересовался, как долго это будет продолжаться.
— Во-первых, — спокойно ответила Алёна, — макароны и котлеты у нас на ужин не постоянно.
— Вчера, например, был рис с курицей, — как бы между прочим, вмешалась в разговор старшая дочка Рита, которой недавно исполнилось восемь.
— А позавчера — картошка с рыбой, — радостно добавила Соня, которая была на два года младше сестры, но ей тоже хотелось сказать что-то по существу.
— А три дня назад, — продолжила было Алёна, но Макар вежливо прервал её на полуслове.
— Спасибо, достаточно, — сказал он. — Я всё понял. Вижу, что без меня вы весело проводите время.
— Весело, — радостно подтвердила Соня.
— Ни в чём себе не отказываете, — продолжал Макар.
— Ни в чём, — согласилась Соня.
— И едите всё самое вкусное, — подвёл итог Макар.
— Едим, — весело согласилась Соня.
— А вернулся я, — продолжал Макар, — и вкусное исчезает! А на столе появляются макароны с котлетами. Красота!
— Ага, — подтвердила Соня.
— Ну, что я могу сказать, — Макар посмотрел на потолок. — Рад за вас.
— Ну, зачем ты так? — спросила Алёна.
— Как так, Алёна? — воскликнул Макар. — Как? Ты ведь знала, что я сегодня возвращаюсь? Знала! Потому что я тебе ещё утром позвонил и предупредил, что сегодня вечером я возвращаюсь из своей служебной командировки. Могла бы задуматься.
— О чём задуматься? — не поняла Алёна.
— О том, что макароны и котлеты я ел в прошлый раз!
— Можно подумать, я помню, что ты ел две недели назад.
— Правильно. Я и говорю, что тебе на меня наплевать.
— Мне не наплевать.
— Да наплевать, Алёна, наплевать. Давай смотреть правде в глаза. Вам всем на меня наплевать. Было бы иначе, вы бы мне приготовили что-нибудь другое. А не эти опостылевшие макароны и котлеты. Видеть их не могу. Не то что есть.
— Ну, извини.
— Да сколько можно извиняться, Алёна, — воскликнул Макар. — Ну, даже если я тебя извиню, дальше-то что? Могу продолжать спокойно макаронами и котлетами питаться? Ты это хочешь сказать?
— Почему именно этим?
— А чем ещё, Алёна? Здесь другого ничего нет. Не достоин, судя по всему.
Алёне надоело слушать ворчание мужа.
— Да ну тебя, — ответила она. — Не нравится, не ешь.
Макар с удивлением посмотрел на жену и отодвинул от себя тарелку. Он уже принял решение, что уйдёт сегодня из дома и поедет к Надежде.
«Хоть поем по-человечески, — думал он, — а то здесь просто никаких условий. Кормят, не пойми чем».
— Ну, что же, — сказал он, — раз в этом доме ко мне вот такое отношение, то мне ничего другого не остаётся, как ложиться спать голодным.
— Это твой выбор, папа, — спокойно произнесла Рита.
— Что? — изумлённо посмотрев на дочь, произнёс Макар.
— Тебя никто не заставляет, — ответила Соня.
«Господи, да как же это? — с ужасом глядя на дочерей, подумал Макар. — Уж не сплю ли я? Это же мои дочери! И если они уже в этом возрасте так со мной разговаривают, то... Чего же от них ждать в будущем, когда они станут взрослыми?»
— Значит, по-вашему, во всём виноват я? — спросил Макар. — Хорошо. А может, мне тогда просто уйти? Нет, ну, правда. Если я всем здесь мешаю.
— Мне ты не мешаешь, — ответила Рита.
— Но если хочешь, можешь уйти, — добавила Соня.
— Что значит это твоё «хочешь», доченька?
Соня пожала плечами и посмотрела на старшую сестру.
— То и значит, папа, что тебя никто не гонит, — ответила за младшую сестру Рита. — Но если ты ищешь повод уйти, можешь не стараться. Уходи.
— Где ты этого нахваталась, Рита? — спросил Макар. — Тебе ведь всего восемь лет!
Рита сделала удивлённое лицо, повертела головой и пожала плечами. Макар посмотрел на жену.
— Твоё воспитание, — сказал он.
— Не обращай внимания, — ответила Алёна. — Она говорит, сама не понимая, что. Вчера весь день с бабушкой провела. Наверное, какой-нибудь сериал вместе смотрели и обсуждали. Да, дочка?
— Смотрели, — подтвердила Рита.
— Я же говорю, — подвела итог Алёна, — там и наслушалась.
— Что ты вчера с бабушкой смотрела? — спросил Макар. — Какой сериал? Какую тему обсуждали?
— Про многодетного, но спокойного и вежливого абьюзера, — ответила Рита, — который жил на две семьи и тихо всех донимал своими придирками.
— Не смотри больше такие сериалы, доченька, — сказал Макар, — договорились? Тебе ещё рано, — Макар посмотрел на жену. — А своей маме, Алёна, скажи, чтобы она хотя бы при внучках воздерживалась от просмотра всякой дряни. Ведь, наверное, там было ограничение по возрасту.
— Хорошо, я поговорю, — ответила Алёна.
— А я не смотрю такие сериалы, — похвасталась Соня. — Потому что всё равно ничего не понимаю, что в них говорят.
— Умница, доченька, — похвалил Макар. — И не смотри.
— Мне Рита сама после пересказывает, — продолжала Соня, — своими словами. И мне всё становится понятно.
— И что тебе понятно, доченька? — спросил Макар.
— Что у тебя, папа, серьёзные проблемы, — ответила Соня. — Поэтому ты часто уезжаешь в командировки. Таким образом, погружаясь в работу, ты пытаешься решить семейные проблемы.
Макар посмотрел на жену и развёл руками.
— Ты сама всё видишь, Алёна, — сказал он. — После таких слов! Ничего другого не остаётся. Я ухожу. Погружусь в работу.
— Уходи, — сказала Алёна. — А я запишу, что ты сегодня ел макароны. И когда ты в следующий раз вернёшься, макарон и котлет не будет. Только предупредить заранее не забудь.
— А мне нравятся макароны, — сообщила Рита. — И котлеты нравятся.
— И мне тоже, — поддержала сестру Соня.
Макар поднялся из-за стола.
— Я ухожу, — гордо сказал он. — Но хочу, чтобы вы знали. Моё терпение не безгранично. Могу и не выдержать.
— И что тогда? — первой поинтересовалась Соня.
— А ничего, доченька. Уйду насовсем, и больше ты меня не увидишь!
— Насовсем ты не уйдёшь, папа, — сказала Рита.
— Почему ты так обо мне думаешь?
— Так сколько раз ты уже уходил? Тоже говорил, что насовсем. И каждый раз возвращался.
Через пять минут Макар ушёл из дома, громко хлопнув дверью.
«Буду жить у Надежды, пока не успокоюсь, — думал он, когда ехал в такси. — Нет, ну это же надо! И это моя жена! И это мои дети! Куда катится этот мир. А Алёна? Что она о себе думает? Такое впечатление, что воспитанием дочерей в этой семье вообще никто не занимается».
Макар был очень взволнован и не замечал, что разговаривает вслух.
— А Надежда — это кто? — спросил таксист, подумав, что Макар обращается к нему.
Макар с интересом посмотрел на таксиста.
«Мне сейчас просто необходимо выговориться, — подумал он, — иначе меня... Иначе я не знаю, что со мной может произойти. Тем более, всё равно в пробке стоим».
— Надежда — это жена моя, хоть мы и не зарегистрированы, — ответил Макар.
— А почему вы не зарегистрированы? — спросил таксист.
— Я предлагал. Но Надежда категорически отказалась. Сказала, что ей это не нужно. Ну, не нужно, так не нужно. Я не настаиваю.
— А вы её любите?
— А как же. Конечно. Надежда — замечательная женщина. И сейчас я еду к ней.
— А Алёна?
— Тоже моя жена. Но с ней мы тоже не зарегистрированы.
— По той же причине, я думаю, — уверенно произнёс таксист.
— Причина та же, — осторожно согласился Макар. — А вы откуда знаете?
— Предположил.
Прежде чем продолжить, Макар посмотрел по сторонам. Движения машин не было. И вокруг всё как будто замерло.
— Если бы не дочери, — вернулся он к прерванному разговору, — давно бы их обеих бросил. Только ради детей себя и мучаю.
— Так у вас и там, и там дети!
— Конечно.
— А дети зарегистрированы на вас?
— А как же! Дети — это моё всё!
— Я не понимаю, а как так получилось, что у вас две жены?
— Я сейчас объясню. Дело в том, что у нас с Алёной, от которой я сейчас ушёл, две девочки. Старшая учится в школе. Отличница. Младшая ещё в садик ходит. Но... тоже...
Макар многозначительно замолчал, вспоминая недавнюю сцену на кухне.
— Что тоже? — спросил таксист.
— А умная очень. Они там все очень умные. И дочери, и мама их. Алёна, которая. Вредная, каких свет не видел. Вторую такую не найти.
— И поэтому вы к Надежде сейчас едете, — сказал таксист. — Я понял. А с ней у вас тоже дети есть? Правильно?
— А как же. Двое. И, что обидно, тоже девочки. Просто наказание какое-то. Если бы я знал, что так получится, что снова будут девочки, никогда бы не связался с Надеждой. И у меня была бы только одна Алёна.
Прежде чем продолжить, Макар немного подумал.
— Видите ли, в чём дело. Сначала-то я жил только с Аленой. И у нас родилась дочка. А я всегда мечтал о сыне. Понимаете? Поговорил об этом с Алёной. Она согласилась. А у нас снова родилась девочка. Представляете? Но тогда я уже не выдержал. Третий раз я рисковать не хотел. И у меня появилась Надежда. А теперь и с ней у нас тоже две дочери. Но с ними легче, потому что они ещё маленькие. Старшей — пять лет, её Машей зовут. А Кате, младшей, ей исполнилось четыре года. Но... Сердцем чую, что и с ними у меня скоро начнутся проблемы. Ещё пара лет и тоже...
— Что тоже?
— А ничего. Умными станут. Как их сестры.
— В смысле?
— В прямом. Отца уму разуму за ужином станут учить. Указывать мне будут на мои психологические проблемы и при этом заставлять есть макароны с котлетами.
— А Надежда и Алёна знают друг про друга?
— Откуда? Только этого мне не хватало. Нет, конечно. Да и живут они в разных концах города.
— Как же вы с ними не путаетесь?
— Почему не путаюсь? Ещё как путаюсь. То Алёну назову Надей, то Надю — Алёной. А то имена дочерей перепутаю. Но они или не замечают, или не обращают внимания.
— А кем работает Надежда?
— Надежда-то? Она у меня знатная мастерица по шитью женского платья. Золотые руки. А ещё она готовит вкусно.
— А Алёна кем работает?
— Алёна, — грустно вздохнув, произнёс Макар. — Стилист! Работает над созданием индивидуального образа. Мы с ней так и познакомились. Посмотрите на меня. Видите? Её работа. Она мне этот образ и подобрала. Второго такого в Москве нет.
А в то самое время, когда Макар открывал душу таксисту, Алёна на метро ехала к Надежде, чтобы заказать у неё платье.
Знакомые Алёны посоветовали ей шить платье у Надежды. И сегодня должно было состояться их первое знакомство. Рита и Соня тоже поехали с мамой, потому что оставить их одних дома она никак не могла.
Алёна знала, что в это время в городе сплошные пробки. И поэтому поехала на метро и приехала к Надежде на два часа раньше Макара.
— Ну вот и приехали, — сказал Макар, когда такси остановилось около подъезда Надежды. — Спасибо вам за то, что выслушали. Мне с вами повезло. Поговорил и вот, верите, легче стало.
— Вам спасибо, — ответил таксист. — Это мне повезло, что вы со мной поговорили. С нами, с таксистами, пассажиры особо-то не разговаривают. А мы ведь так любим поговорить. Тем более, что Вы и рассказчик замечательный, и жизнь у вас — не скучная. Жалко только, что не узнаю, чем всё это закончится. Я имею в виду, когда вы обратно вернётесь к Алёне.
— Дайте ваш номер телефона, — сказал Макар, — когда всё закончится, я вам позвоню и всё расскажу.
Было уже поздно, когда Макар вошёл в квартиру Надежды.
И подходивший к концу рабочий день был очень физически тяжёлым и эмоционально напряжённым. А это не могло не сказаться в целом на его способности здраво мыслить. Макар не замечал, как сильно он устал за этот день.
Наверное, скажет кто-то, ему не нужно было бы сегодня никуда ехать. Оставался бы у Алёны, а утром, выспавшись, на свежую голову, и уезжал бы.
И тогда не получилось бы, что физическая усталость и эмоциональное перенапряжение особым образом повлияли на его мировосприятие.
И когда вместо Надежды он увидел Алёну (которая открыла ему дверь и впустила его в квартиру), он не удивился. Нет.
Он ошибочно подумал, что так и должно было быть. И именно к ней, к Алёне, он и ехал, сбежав от Надежды, которая на ужин подала ему макароны с котлетами.
— Есть хочу, любимая, — сказал он. — Что у нас на ужин?
— Твои любимые макароны с котлетами, — ответила Алёна. — Мой руки и садись за стол.
— Да-да, — рассеянно произнёс Макар, проходя на кухню и начиная мыть руки. — Нечто подобное со мной уже сегодня было.
— Что было? — спросила Алёна.
В сознании Макара происходило что-то непонятное. Память выдавала ему смутные образы недавнего прошлого, но они вступали в противоречие с тем, что было в реальности, и Макар решил отнести происходящее к непонятным явлениям.
«Это, скорее всего, дежавю, — думал он, — поэтому мне кажется, что это уже со мной было».
Макар сел за стол и стал ждать, когда придут дочери. Он был уверен, что на кухню должны были прийти Рита и Соня. Но в действительности всё было по-другому. На кухню вошли пятилетняя Маша и Катя, которой недавно исполнилось четыре годика...
«Всё нормально, — подумал Макар. — Главное, держать себя в руках. Если они все спокойны и воспринимают происходящее, как само собой разумеющееся, значит, так оно и есть в действительности. И мне не о чем волноваться. А реальность нужно принять как факт. А факт в том, что Алёна и есть мама Маши и Кати».
Макара можно было понять. Он ведь не знал, что за те два часа, на которые Алёна приехала раньше к Надежде, женщины всё выяснили. И решили, прежде чем обе навсегда расстанутся с Макаром, немного над ним подшутить.
Они обе уже давно хотели расстаться с Макаром. Его частые долгие командировки уже обеим надоели. Но нужен был повод. И вот повод нашёлся.
И получилось, что теперь Макар снова с тоской глядя на тарелку с макаронами и котлетами, думал о том, что напрасно он сегодня решил вернуться к Алёне, а надо было ему оставаться у Надежды. Потому что вчера вечером Надежда его тоже кормила котлетами с макаронами.
«И сегодня вечером у Надежды, наверное, что-то другое, — думал он. — Может, даже утка запечённая с яблоками. А здесь? Как ни приеду, обязательно макароны с котлетами. Каждый раз — макароны и котлеты. Ну, сколько можно? Надоело ведь. Кусок в горло не лезет».
Дальше всё прошло по уже известному Макару сценарию. С той лишь разницей, что слова дочерей, вместо Риты и Сони, произносили Маша и Катя. У них, правда, это получилось не так уверенно, как у старших сестёр, но они старались. И в целом, девочки произвели на отца очень сильное и неизгладимое впечатление, даже ещё большее, чем в своё время это удалось Рите и Соне.
А когда Макар поговорил с семьёй, обиделся и пообещал Маше и Кате, что, может, и не вернётся, если его терпение лопнет, он, громко хлопнув дверью, вышел из квартиры.
Всю дорогу до дома Макар рассказывал уже другому таксисту историю своей нескучной жизни.
И только войдя в квартиру и увидев Алёну с дочками, Макар понял, что в чём-то он ошибся, потому что до этого точно был не у той жены и не у тех дочек. Он не понимал, что происходит. А объяснить происходящее никак не мог.
Ему стало страшно. Он почувствовал сильное головокружение, прислонился к стене и медленно опустился на пол. А ещё через двадцать минут его увезли, оказав перед этим серьёзную помощь. © Михаил Лекс. Подпишитесь, чтобы не пропустить новые истории. Жду вас в комментариях. Можно ещё почитать: