Всё о Кремлях России
Цитата, которую я комментирую взята из известного произведения
«К Вопросу о столицах Северо-восточной Руси: Переславль-Залесский при Юрии Долгоруком, Боголюбово при Андрее Боголюбском»
Опубликовано: Заграевский С.В. К вопросу о столицах Северо-Восточной Руси: Переславль-Залесский при Юрии Долгоруком, Боголюбово при Андрее Боголюбском // Материалы ХХ межрегиональной краеведческой конференции (17 апреля 2015 г.). Владимир, 2016. С. 296–306.
Аннотация:
Приведены исторические и историко-архитектурные данные, свидетельствующие о том, что Юрий Владимирович Долгорукий основал в 1152 году город Переславль-Залесский как свою будущую столицу, а при Андрее Юрьевиче Боголюбском в 1158–1174 годах столицей Северо-Восточной Руси был город Боголюбово.
Цитата:
«Но спорный вопрос соотношения столичных функций Ростова и Суздаля (возможно, и Владимира) до основания Переславля-Залесского нам видится не столь принципиальным. Дело в том, что Юрий Долгорукий, когда в Киеве княжили его старшие братья, безоговорочно считал себя будущим великим князем Киевским и дожидался очереди по лествице, после захвата Киева Всеволодом Ольговичем в 1139 году готовился к войне за Киевский стол, а с 1146 года – смерти Всеволода – вел эту войну. Соответственно, все это время Долгорукий, активно обустраивавший Северо-Восточную Русь, вряд ли относился к какому-либо городу этого края как к своей постоянной резиденции, и вряд ли придавал стабильные столичные функции Ростову или Суздалю, тем более что у него были дворы и в других городах (известны такие дворы во Владимире и Кидекше4, но могли быть и другие).
Аналогичная ситуация во времена Юрия Долгорукого имела место в Священной Римской Империи, где также не было городов с ярко выраженными столичными функциями: Рим был лишь номинальной столицей, в соборе Шпейера хоронили усопших императоров, а Вормс с его кафедральным собором был центром епархии. И как в Священной Римской Империи труднодостижимая номинальная столица – Рим – мешала появлению какой-либо иной столицы, так и в Северо-Восточной Руси мешала приданию какому-либо городу столичного статуса труднодостижимая номинальная столица – Киев.»
Мой комментарий:
Как видим С.В.Заграевский понимает, что Юрий Долгорукий не рассматривал свои стоянки в местах, превращавшихся его постоем в города-крепости в качестве «столицы своего государства» и даже, более того, находит прямую аналогию в ситуациях между Киевом и Римом!
Моё твёрдое убеждение, возникшее на основании знакомства с большим массивом информации о древнерусских кремлях сводится к гипотезе, что подобно древнеримским полководцам Юрий Долгорукий держал свою дружину «в чёрном теле» не позволял расслабляться и в каждом новом месте своего появления требовал от дружины строить лагерь-крепость на манер древнеримских каструмов. Обращает на себя внимание практическое совпадение в размерах древнеримских лагерей и городов-крепостей Юрия Долгорукого.
Это сейчас историки с придыханием говорят о его градостроительстве, но сам Юрий и его дружина были далеки от романтики. Вооруженная борьба требует боеготовой дружины, где каждодневный тяжелый труд – просто норма, обеспечивающая выживание при боестолкновениях с коварным и смертельно опасным врагом.
Необходимо различать теплый климат сирии, африканского побережья, испанских берегов и берегов Англии и очень холодный климат русского Севера. Это вынуждало придавать своим лагерям-крепостям большую крепость к условиям зимы и распутицы.
Детинцы и кремли Юрия Долгорукого выложены как под копирку.
То есть стремительно сооружались ров, насыпь, земляной вал, и с максимальной скоростью на земляном валу возникали частокол из дубовых заостренных брёвен и угловые дозорные бышни которые нередко строились в обло. Внутри лагеря-крепости располагались укрытия для дружинников, выделялись «обеденное место», княжий дом, водяная башня, тайный выход к реке и ставился православный собор.
Скорость создания мощных земляных валов потрясает!
Например для вала в Дмитрове пришлось перемещать как минимум сто двадцать тысяч кубометров земли.
Римский легион в 5000 легионеров с тысячей всадников мог за вечер создать насыпь длиной километр-полтора. Но 400 дружинников с такой задачей справились бы дней за десять. А для такого вала как в Дмитрове или Владимире уже требовался наверное не один месяц.
Впрочем подробное исследование здесь не входит в нашу задачу.
Важно само понимание: Юрий Долгорукий все свои лагеря-крепости рассматривал именно как крепости на привале. До Наполеоновской стратегии «операционной линии» было еще более пятисот лет.