Василий Тимофеевич Саньков в армию был призван в июле 1941-го. Уже 29 августа с маршевой ротой попал на Ленинградский фронт, воевал на побережье Финского залива. В этот день произошло событие, которое он запомнил на всю жизнь.
«Денек выдался жаркий, - вспоминал Василий Тимофеевич, - фашисты пытались выбить нас с важного стратегического рубежа и выйти к окраинам Ленинграда. Ни танки, ни пехота противника сделать это не смогли, тогда противник пустил в ход тяжелую артиллерию. Такого жестокого обстрела я ни до, ни после не видел. От взрывов в воздух поднялось сплошное облако пыли, стало темно, словно наступили сумерки. То там, то здесь появлялись огненные вспышки. Один из снарядов разорвался неподалеку от нашего укрытия, и я почувствовал резкую боль в руке. Командир, увидев на моем рукаве кровь, отправил меня в медсанбат. Добирался туда сам. Кругом свистели пули, взрывались снаряды. В какой-то момент я почувствовал резкую боль в пояснице, но только в госпитале узнал, что меня еще раз ранило. Пулю из руки у меня извлекли, а из спины не стали, побоялись. Лечили меня в Ленинградском госпитале, где после боя не было ни окон, ни крыши. Трудно пришлось. Не было продуктов, давали то, что успевали сбросить с самолетов. Немцы бомбили с понедельника по субботу, и только в воскресенье, словно в насмешку, был у них выходной».
Трудно даже представить, как все это было. И в сотни раз труднее пережить. Долго потом еще находился Василий Тимофеевич в госпитале. Затем из Ленинграда его перевезли в Златоуст, сделали операцию.
После выздоровления Василий Тимофеевич снова ушел на фронт. Войну закончил в Румынии. Его боевой путь отмечен медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За победу над Германией», орденом Отечественной войны I степени.
Вернувшись в Тюкалинск, Василий Тимофеевич все время работал. Начала налаживаться мирная жизнь, надо было заботиться о семье. С женой они вырастили шестерых детей. И вдруг через тридцать лет война напомнила о себе нестерпимыми болями в спине. В Омске ветерану сделали операцию и вынули осколок весом 80 граммов - весь в неровностях и подпалинах кусок железа. Осколок смерти - может быть, от мины, может, от бомбы, остался детям и внукам, как вечное напоминание о прошедшей кровопролитной войне.
