— Приедь… Прошу тебя, – раздался сиплый и очень слабый голос из трубки. Лика сжала телефон так сильно, будто от этого могло что-то измениться. Она не понимала, что происходит.
— Кирилл… Кир? Что с тобой? Где ты?
— Приедь…
Раздались громкие отрывистые гудки, и Лика выругалась. Она не знала, что произошло, но голос её брата был ужасным. Она написала сообщение его девушке и пошла отпрашиваться с работы. Благо, был выходной день и начальства в цехе не было.
Девушка кинулась домой со всех ног. Она не знала, где брат находится точно, но предполагала, что дома – он последнее время мало куда выходил.
Уже открывая подъезд, Лика услышала гул машины позади. Из желтого такси выбежала невысокая миловидная девушка со светлыми волосами и кинулась к подъезду.
— Что случилось? Я только с поезда, даже переодеться не успела. Кирилл не берет трубку уже несколько дней…
Лика не стала отвечать, просто молча открыла дверь и пропустила девушку вперед. Она понимала, что всё началось опять.
Квартира была не заперта, Кирилл нашелся сидящим на полу около шкафа в гостиной. Он был весь потный и сгорбившийся.
— Кира, – кинулась Маша к парню и обхватила его голову руками. – Что случилось? Ты как? Вызвать скорую?
— Пальцы онемели, – слабо произнес парень. – Плохо… Очень…
Маша повернула голову в надежде на то, что Лика уже вызывает скорую, но та стояла как вкопанная и смотрела на брата сверху вниз. На лице была написана жесткость, она сдерживала себя и свои эмоции.
— Ты чего стоишь? Не видишь, что ему плохо? Может у него инфаркт…
— Какой инфаркт? Это ломка. В первый раз что ли видишь?
— Что? – вскрикнула Маша и отпрянула от парня. – Кир? Это правда?
Парень покачал головой.
— Кира, ты обещал мне, что бросил. Мы с тобой через столько прошли… Реабилитация, таблетки, психологи… Ты же говорил, что всё. Больше такое не повторится… Кира?
— Я не вру, – тихо произнес он. – Мне плохо… Помоги…
— Так он ещё и пьян, – фыркнула Лика, зайдя в гостиную с бутылкой водки. Пустой бутылкой водки.
— Он не употреблял, – упрямо заявила Маша. – Я ему верю. Он не станет мне врать.
Лика закатила глаза и резко сдернула с рук парня кофту. Там были синяки и следы от уколов. Уже не свежие. У него действительно была ломка.
— Нет… Нет! Нет! – кричала Маша. – Он же обещал…
Лика фыркнула опять и села на диван, притянув к себе девушку.
— Упокойся. Это уже не исправишь… Ты не виновата. Ты ничего с этим не сделаешь…
Две девушки сидели рядом, смотря на единственного дорогого человека в их жизни. У Лики никого не осталось из семьи кроме брата после смерти родителей, Маша и вовсе была из детского дома. Кирилл создал их личную маленькую семью, уютную и теплую, но сам же её и разрушил.
Это был третий или четвертый срыв. Лика давно перестала удивляться или жалеть его, она привыкла к чувству того, что в любой момент может потерять его. Но Маша нет.
Она ещё боролась за жизнь своего возлюбленного, сама, понимая тщетность своих действий. Она наивно полагала, что он ради неё бросит. Сможет всё преодолеть и стать лучше. Но Лика давно знала – таких не исправить.
Два месяца спустя из реабилитационного центра Кирилл сбежит. Найти его так и не удастся. Лика и Маша будут долго горевать.
И пусть они обе понимали, что это когда-нибудь случится, но даже в сердце у ожесточенной Лики оставалась капля надежды на то, что её брат возьмется за голову. Но эта отрава проникает не только в кровь, она проникает в разум, захватывая волю своего носителя.