Казалось бы, биография такого человека должна быть известной его поклонникам вдоль и поперек. Однако, о родителях Муслима Магомаева практически никто не знает. Если говорить про отца, то у этого есть уважительная причина: он ушел на войну и геройски погиб при штурме Берлина. Но мать советского певца прожила долгую жизнь и была востребованной театральной актрисой. Тем не менее, для всех ценителей таланта ее сына этой женщины как бы и нет.
Почему же мы про нее ничего не слышали?
Во всех источниках мать Магомаева обычно называется турчанкой по отцу и наполовину адыгейкой, наполовину русской по матери. Но это, по всей видимости, не так: скорее всего, ее дедом был царский полковник Иван Ханжалов, осетин по национальности. В раннее советское время о таких родственниках говорить было опасно, вот и появилась история о папе-турке.
Айшет родилась в 1921-м году в адыгском ауле Шенджий, расположенном неподалеку от Краснодара. После школы выучилась на актрису, получала сталинскую стипендию, затем устроилась работать в майкопский театр. В 1941-м туда приехали на гастроли азербайджанские артисты и, среди них, театральный художник Магомет Магомаев. Вокруг него всегда крутилась стайка юных девиц, но выбрал он двадцатилетнюю Кинжалову – такой она использовала псевдоним.
В то время не было принято тянуть кота за причинное место, в скором времени влюбленные сыграли свадьбу. Магомаев увез свою любимую в Баку, но счастье было недолгим – началась война. Молодой человек добровольцем пошел на фронт и так никогда не увидел своего сына Муслима. Тот был больше похож на маму.
Айшет военные годы провела вместе со свекровью – отец ее мужа ушел из жизни еще в 1937-м году. Затем она собиралась восстановить карьеру, но с сыном надо было что-то решать. Что тогда случилось и какой между ними произошел разговор, не знает никто, в том числе, сам Магомаев. Но его татарская бабушка, дворянка Терегулова, была женщина строгая и авторитетная. Так или иначе, она уговорила невестку оставить сына ей, чтобы без препятствий работать в театре.
Сам Муслим в детстве не понимал, почему он живет вместе с дядей и бабушкой. Но мама Айшет, по крайней мере, один раз предприняла попытку найти общий язык с ребенком. Когда мальчику было девять лет, она навестила его в Баку. И в обратную дорогу ее провожал сын вместе с горничной – дядя будущего певца был вторым человеком в Азербайджанской ССР, это ему позволялось по должности.
Произошла какая-то заминка, и мальчик вместе с мамой «нечаянно» поехали в Майкоп. А вскоре после этого воссоединившаяся семья отправилась в Вышний Волочёк, городок Калининской области, где Кинжалову приняли в местный театр. Опять же, никто не знает был ли это запланированный побег, случайность или спонтанный поступок.
Муслим впервые в жизни увидел настоящую зиму, подружился с русскими мальчишками, играл в снежки. Здесь он прожил целый год и успел поучаствовать в школьной самодеятельности – дети организовали кукольный театр и поставили там «Петрушку».
Мама была очень увлечена искусством. Несмотря на то, что все коллеги называли ее доброй и отзывчивой женщиной, она не очень любила быт. У нее в комнате стояли две кровати, рояль, радио, светильник и все. Дома она никогда не готовила, а вместе с сыном ела в столовой.
Через год в уездный городок приехала бабушка и забрала внука в Баку. Магомаев в дальнейшем относился к матери довольно спокойно, но немного холодно – видимо, не до конца понимал, почему она от него фактически отказалась. Тем не менее, он иногда принимал ее у себя дома, особенно, после того, как ушел с эстрады.
Айшет в дальнейшем продолжила кочевать по провинциальным театрам – судя по всему, ей нравилась перемена мест. Так, например, в чимкентском театре она работала дважды – в 1960-х и в 1980-х годах. В конце концов, она вышла замуж за малоизвестного еврейского актера, родила сына и дочь и последние годы провела в Мурманске. О том, что она является матерью популярного советского артиста, кроме ее близких никто не знал.
Женщина едва не пережила своего известного сына, и ушла из жизни на пять лет раньше него.