Евросоюз не требует от Латвии прекратить поставки лекарств в Россию, но некоторые латвийские политики готовы убить фармацевтическую промышленность страны
Бывший глава Общества врачей Латвии Петерис Апинис высказался на тему запрета латвийским компаниями продавать лекарства в Россию на страницах Latvijas Avīze.
В преддверии выборов в Европарламент латвийские политики пытаются доказать свою твердую антироссийскую позицию, требуя от латвийских компаний полностью прекратить любое сотрудничество с Россией и Беларусью.
Один из крупнейших сегментов импорта в Россию - продукция фармацевтических заводов Grindex и Olainfarm. От них требуют прекратить экспорт лекарств в Россию, угрожая запретом участия в госзакупках.
Апинис подчеркивает, что лекарства в Россию экспортируют все крупнейшие фармацевтические компании мира.
Общедоступные данные показывают, что американские компании Abbott Laboratories, Johnson & Johnson, Phizer, Viatris, Solgar, Sagmed в прошлом году значительно увеличили экспорт в Россию.
Как крупнейшие экспортеры лекарств в Россию также упоминаются немецкие компании Bayer Health.Parm, Berlin-Ch/Menarini, Boeringer Ingelheim, Bionorica, Merck, Sandoz, французские компании Opella Healthcare, Boulchara-Recordati, британские фармацевтические флагманы Glaxosmith.Trading и Haleon, швейцарская Novartis Pharma, не говоря уже о чешских, венгерских, словенских, румынских компаниях.
Более того, в прошлом году 30 украинских компаний экспортировали свои лекарства в Россию.
Ни в одном списке санкций, ни в одном документе ЕС не упоминается запрет на продажу лекарств, подчеркивает Апинис. Если мы запретим это делать только латвийским компаниям, это будет выглядеть как саботаж латвийской экономики.
Латвийские фармацевтические заводы когда-то строились для рынка Советского Союза и социалистических стран. До 2014 года никто и не думал о переориентации на другие рынки - даже удержать завоеванные ранее было непросто.
Смерть Валерия Малыгина и несколько лет, когда Olainfarm оставался без владельца, без стратегии и руководства, серьезно подорвали латвийскую фармацевтику.
Хотя сейчас латвийские фармацевтические компании отчаянно пытаются выйти на рынки в Центральной и Западной Европе, Центральной Азии и даже Южной Америке, на регистрацию медикаментов в зарубежных странах требуется не менее трех, если не шести лет. И даже тогда европейские рынки не ждут нашу продукцию с распростертыми объятиями.
Прекратив экспорт в Россию, Grindex и Olainfarm просто прекратят свою деятельность, уволят несколько тысяч сотрудников и перестанут платить налоги латвийскому государству.
Россия при этом совершенно не пострадает: лекарства-дженерики, которые она получала из Латвии, ей продаст любая из 840 мировых фармацевтических компаний, не прекративших экспорт.
Апинис также отмечает, что ЕС совершенно не требует, чтобы Латвия убила свою фармацевтическую промышленность. Более того, в декабре Еврокомиссия разослала странам список более 200 лекарств, которые те должны производить сами, чтобы избежать дефицита.
"Прочитав документ, подписанный Урcулой ван дер Ляйн, можно сделать следующие выводы: дорогие страны Балтии, вы должны сразу договориться между собой — какие из этих 200 лекарств вы будете производить в Литве, какие в Эстонии, а какие будут производства Olainfarm, Grindex, Kalceks или Pharmidea в Латвии.
Сами страны Балтии должны поддержать свои фармацевтические заводы и деньгами, и сокращением бюрократии до такой степени, чтобы в течение двух лет ассортимент увеличился во много раз", — подчеркивает Апинис.
В настоящее время задачей государства является усиление латвийских фармацевтических заводов, чтобы они могли значительно расширить ассортимент препаратов, включенных в европейский список критически важных лекарств.