Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
Как бы резвяся и играя,
Грохочет в небе голубом.
Уверен, что каждый из вас хорошо знает это стихотворение Федора Тютчева, но сегодня на картинах будет не только весенняя гроза, да и не только само ненастье, но и его не менее грозное преддверие. Однако же для названия сегодняшней публикации захотелось взять именно эти строки, написанные русским поэтом почти двести лет тому назад.
На канале уже выходили подборки на заданный сюжет, представлю вам несколько ссылок на выбор:
Как видите, довольно долго я не обращался к данной тематике, но настало время вспомнить былое и представить вам результаты моих изысканий. За сим вводную часть будем считать законченной и приступим непосредственно к живописи и моему рассказу.
Статью откроет самый известный российский маринист, в принципе других пояснений для большинства любителей русской живописи и не нужно, ведь речь идет о Иване Константиновиче Айвазовском (1817-1900). Для начала посмотрим на любимую художником стихию, разбушевавшуюся не на шутку:
Однако же подобных картин великого мариниста я могу вам предоставить столь великое множество, что в принципе на этом можно было бы и заканчивать статью. А вот следующее полотно гораздо менее тривиальное для творчества Айвазовского и наверняка мало кто из читателей его видел:
Впрочем о таких, скажем так, нетипичных работах художника, на канале на заре его существования выходил целый цикл статей. Так как дело давнишнее, то не лишним будет напомнить читателям о сих публикациях:
Далее у нас с вами будет еще один маринист, но ныне гораздо менее известный. Хотя при жизни он был весьма знаменит, со временем слава его начала угасать - часто я сталкивался с подобной метаморфозой, когда изучал биографию того или иного живописца. В данном же случае речь идет о Николае Никаноровиче Дубовском (1859-1918) и его "бурных" работах:
Лично меня особенно впечатлила первая из представленных работ, давненько я ее уже нашел, да все не было возможности поделиться данной находкой с вами. Не припомню, чтобы кто-либо из русских живописцев пытался отобразить на картине не просто бурю, а именно ураган - потрясающее по своей мощи природное явление. Мне кажется художник замечательно справился с данной непростой задачей, а как считаете вы, уважаемые читатели?
Следующим живописцем у нас будет Иосиф Евстафьевич Крачковский (1854-1914), о нем выходила подробная статья на канале, там вы можете узнать интересные факты из его биографии:
На второй картине мы лицезреем тот самый момент затишья перед бурей, о котором так много сказано в лирической поэзии и прозе. Горизонт недвусмысленно говорит нам о приближающейся буре, совсем скоро небеса разверзнутся и поток влаги хлынет на землю... Замечательно передан момент успокоения и тишины перед ненастьем, не так ли, уважаемые читатели?
Далее посмотрим на надвигающуюся грозу в исполнении Константина Яковлевича Крыжицкого (1858-1911), о котором тоже публиковалась подробная статья на канале "История живописи":
Не раз уже художник участвовал в тематических "грозных" (да и не только) подборках, так что сегодняшнее его появление не удивительно как для меня, так и, возможно, для вас:
Здесь до начала ненастья остались считанные минуты, раскаты грома уже слышны для рыбака, застигнутого врасплох у реки, а посему его удел - промокнуть до нитки в самое ближайшее время.
Следующей картиной неожиданно будет не пейзаж, а жанровая композиция художника-передвижника Лукиана Васильевича Попова (1873-1914). Неудивительно пристрастие Попова именно к жанровой живописи, ведь его учителем был не кто иной, как признанный мастер этого живописного направления Владимир Маковский.
Тема тяжелой судьбы крестьян-переселенцев частенько затрагивалась передвижниками по вполне понятным причинам. Уныло бредут они по дороге в будущее, которое неясно что для них готовит, и гроза для них - лишь один из многих эпизодов этого непростого пути...
Далее рассмотрим несколько предгрозовых полотен Аркадия Александровича Рылова (1870-1939), поначалу ученика Константина Крыжицкого, а впоследствии - Архипа Куинджи. Глядя на работы Рылова, думаю, читатель согласится, что влияние второго учителя гораздо более заметно в творчестве художника-натуралиста, уделившего природе и его наблюдениям за ней немало места в своих мемуарах ("Воспоминания", "Когда это бывает"):
Следующим у нас будет малоизвестный художник, доселе мне не приходилось сталкиваться с его работами, но сейчас этот момент наступил. И что особенно радует, именно в одной из картин Василия Федоровича Богомазова (1868-1948) мы увидим ту самую, заявленную в названии статьи, весеннюю грозу, причем даже не майскую, как у Тютчева, а апрельскую:
Заканчивать статью будем немного другим сюжетом, но логично вытекающим из основной канвы публикации. Финальными будут две абсолютно разные работы, живописно повествующие нам о послегрозовом состоянии природы. Сначала довольно-таки мрачная картина, напомнившая лично мне левитановскую "Владимирку", только изрядно раскисшую после "разверзнувшихся хлябей небесных".
Картина является авторским повторением одной из самых известных работ Марии Алексеевны Федоровой-Ионовой (1859-1934), ученицы Ивана Шишкина. Любопытно, что основная картина, хранящаяся в Третьяковской галерее, имеет абсолютно противоположное название - "К ненастью", хотя композиция практически идентичная, с некоторыми изменениями:
Высказывайтесь в комментариях какое название больше подходит данному живописному произведению, а я тем временем буду заканчивать статью позитивной и светлой картиной Николая Александровича Сергеева (1855-1919), незаслуженно позабытого мастера пейзажа, о котором однажды я вам уже рассказывал:
Как вам сегодняшние работы, уважаемые читатели? Высказывайте свое мнение в комментариях, делитесь эмоциями и навеянными живописью мыслями и ощущениями - всегда вас призывал это делать, ибо ваши комментарии - это тоже мотивация для автора и немаловажная, поверьте. На этом прощаюсь с вами до следующей публикации, берегите себя и находите в жизни время для прекрасного, дабы "не раствориться в суете".