Севастопольский стоматолог Борис С. отправился встречать семнадцатилетнего сына после вечерней заводской смены, но домой не вернулся. А через 3 дня в небольшом ставке Доковой балки, что за спорткомплексом Морского завода в Севастополе, случайный прохожий увидел в воде тело раздетого догола человека. Руки связаны куском электропровода, к ногам и шее привязаны камни, голова замотана пальто. Это самое пальто опознала вдова покойного... Преступление, которое произошло в январе 1989 года в Севастополе, вполне можно назвать знаковым. Оно словно открывало целую криминальную эпоху, в которой жизнь человека не стоила ничего.
Убийство тридцатипятилетней давности стало «дверью» во времена, когда легко лишали жизни ради денег, амбиций, в назидание другим. И просто так — потому, что хотелось видеть унижение и страдания.
О громкой истории, всполошившей весь город, — в материале krym.aif.ru
Вышел — и пропал
Борис Анатольевич крикнул жене, что уже выходит, и захлопнул за собой входную дверь. Женщина прикинула: сейчас 21.55, пару минут ему идти до киоска, что недалеко от кинотеатра «Севастополь». Пока сын дойдёт до этого оговоренного места встречи, да вместе прошагают до дома... В общем, оба скоро будут. Но юноша, не дождавшись отца в условленном месте, пришёл домой сам.
А потом у киоска, что недалеко от кинотеатра «Севастополь», они потребовали закурить у Бориса С. Тот не просто отказал: что-то обронил о вреде курения. И тогда Искандеров несколько раз ударил его. Подхватив оглушённого врача под руки, подонки поволокли его в свой подвал.
Судмедэкспертиза показала: стоматолога насиловали и истязали. Уже во время следствия негодяи признались, что «развлекались» всю ночь. Искандеров забавлялся, прижигая тело мужчины раскалённым прутом: «ставил своё клеймо». Сам он потом уверял, что даже не догадывался о том, какой окажется судьба жертвы.
Врал. Он понимал, что одно дело — отпустить подростка, который из стыда и страха никому ничего не скажет, и совсем другое дело — заставить молчать искалеченного взрослого человека.
Ну, и он прекрасно знал, на что способен его подельник. Несколько месяцев назад знакомые парни развлекались с Пилатом на пляже. Когда один из них отказался платить «за удовольствие», тот накинулся на «обидчика» с куском арматуры и, согнув её, пытался, задушить.
Заканчивал начатое как раз Пилат. Потом подельники вынесли тело к пруду и, привязав к нему камни, бросили в воду.
Преступников установили и задержали всего через четыре дня после обнаружения тела Бориса С.
Перед обоими маячил призрак высшей меры социальной защиты.
Заседания суда то и дело прерывались по просьбе подсудимого Пилата: на нервной почве у него случилось длительное расстройство желудка с недержанием. Он очень хотел жить.
Севастопольцы были уверены, что нелюдей ждёт самое строгое из возможных наказаний. Но суд приговорил Искандерова к 14, а Пилата к 15 годам лишения свободы.
Заместитель прокурора Севастополя Анатолий Борзов написал кассационную жалобу в Верховный суд Украинской ССР. Мера наказания Пилату, считал он, «является мягкой и не соответствует общественной опасности совершённого им при отягчающих обстоятельствах преступления». Но высший суд республики приговор оставил в силе.
Оставил жизнь тому, кто растоптал чужую.
После отбытия сроков оба подельника вернулись в Севастополь. Пилат прожил после освобождения около четырёх лет. Его приятель пожил в родном городе, потом уехал и вернулся уже в российский Севастополь. Остался ли там, или метнулся в другие города и регионы, неизвестно.