Много, кто ведет дневник... Мне всегда было искренне интересно, о чем пишут люди в своих дневниках? С какой целью? Перечитывают ли написанное? Захотят ли это сделать спустя время? Узнают ли свои мысли в строках? А также, что это за люди? Какие они? Какая у них жизнь, много ли у них друзей, одиноки ли они? И накидывая данный список вопросов, я понимаю, что в ответах не будет стандартных классификаций, ведь люди ведут дневник по большей части затем же, зачем собираюсь его вести я- с целью самовыражения, самого искреннего, сокровеного, а для иных, тайного.
Я не планирую скрывать свой дневник, ровно как и не вижу его намеренно публикуемым миру в назидание или на потеху. Я пишу просто так, просто для себя, пишу и одновременно ищу ответы на свои вопросы, копаюсь в своих эмоциях и восприятии, пытаюсь разглядеть знаки и то хорошее, что так часто остается неоценным и незамеченным.
Пусть этот дневник будет своеобразным напоминанием о всяком прожитом дне, ведь в каждом, даже самом казалось бы незначительном событии, жесте, слове глубины намного больше, стоит лишь только довериться и отдаться потоку, чему я и учусь: я хочу быть не просто счастливой, но и знать как использовать такой инструмент, как счастье, ровно как хочу стать ведающим человеком, а не девочкой, делающей ритуалы от скуки или денег ради, называющей себя ведьмой.
Как бы я начала этот дневник? Да пожалуй как есть: сегодня 5 декабря 2022 года, мне 30 лет, у меня есть сын, я живу за пределами родной страны, у меня нет работы, но у меня есть мужчина, мы влюблены друг в друга и недавно мы решили завести кота. Хм... по-моему начало очень даже неплохое, не так ли?
.........................................................................................................................................
Я приехала в Узбекистан по контракту. Решение приняла внезапно и я точно знала, что уеду, как только увидела объявление об открытой позиции бизнес-ассистента с релокацией в одну из стран СНГ. Брала с собой только самое ценное: трусы-каску-пистолет, т.е. ребенка-паспорта-диплом, ну и чемодан со свечами и картами, без которых давно не мыслю и дня.
Работа однозначно не оправдала моих ожиданий, если говорить о функционале. Я думаю, я об этом еще напишу. Но, тем не менее, почти пол года я проработала в строительной компании и имела возможность пребывать в любимой атмосфере (говорю без сарказма): интриги, расследования, преследования, сплетни, и на любимой позиции наблюдателя-предсказателя.
Но иногда и все самое прекрасное становится постылым, что уж говорить о том, что происходило в компании. Очередная реструктуризация, трусость коллег, взаимные упреки, увольнения, ожидание решения и по своей участи – иногда мне просто хотелось быть подальше от всей этой пустоты, уйти в отпуск, а еще лучше быть уволенной. Я не боялась потерять работу. Да, это так. Впервые в жизни я ощутила безлимитное доверие к мужчине рядом, и к высшим силам, провидению, если хотите, и поняла, что я безумно богата и исполнена именно доверия как к близкому, так и к великому, что не страшно стать хоть в чем-то от них зависимой.
Мне казалось, что увольнение подарит мне массу времени и я наконец-то сделаю что-нибудь стоящее для себя: займусь спортом, начну рисовать, прочитаю все сказки с сыном, научусь готовить что-то эдакое, обойду пешком весь Ташкент, исполню все ритуалы и практики. Я искренне мечтала именно об этом, а я и правда знаю, как правильно загадывать, чтобы желание стало реальностью. Меня уволили. Я была рада. Парадокс, не правда ли? Неизвестность, неопределенность, слепое доверие- это намного лучше, чем определенное, но дно человеческих взаимоотношений, профессиональных ли, личных ли, это свобода от своеобразного ярма и зависимостей в том числе и от комфорта, правил, чужого мнения.
Спустя несколько недель , будучи оторванной от привычного высокоскоростного графика я проанализировала свою активность дома: на спорт пошла, но кубов на прессе не накачала, правда много готовила и вкусно ела, читала мало, много спала, практически не колдовала, но помогла всем, кто о помощи просил. И я поняла, что на фоне всего вышеперечисленного меня точит одна непонятная эмоция, похожая на тоску. Неужели я скучаю по работе? А по чему именно? По интригам? Самодурству низкорослого начальника-зазнайки? Напыщенным речам коллег? Логично ли скучать по тому, от чего хотелось бежать и скрыться? В чем заключается такая насмешка нашего мозга? Неужели это своеобразный психологический садомазохизм?
Я много рассуждала об этом за жаркой котлет, разумеется. Вспоминала маму, ее периоды без работы, бабушку, а ее я помню только полностью ведущей все хозяйство, свой горе-декрет, подруг. А потом для себя поняла только одно: ходить на работу легко, трудно быть дома и посвящать себя быту.
Работа, какая бы она ни была, дает нам ощущение признания. Признания в виде зарплаты, даже если таковая кажется несправедливо маленькой, признания руководства, если тебе доверяют нечто ответственное или конфиденциальное, признания коллег, которые рады заглянуть к тебе в офис, а может угостить и кофе, пожелать хорошего дня.
Ведение же домашнего хозяйства дает ощущение признания близких не всем. И я имела шанс испытать это ранее на своей шкуре. И мне не стыдно признаться, что это было одним из опасений в моих текущих отношениях. Как часто я сама принимала как данность добрый жест близких мне людей, как часто я вижу аналогичное поведение от моего сына, который хоть и маленький мальчик, но уже может быть жестоким по незнанию, моему ли упущению, просто непониманию.
Работа – это также свод правил, положений, графиков, субординация, контроль. Что же такое дом? А дом и ты в нем – это самоконтроль. Это свобода во многом, а может быть даже и во всем.
Сколько же всего заключено в слове «свобода»... Что значит свобода для человека? Мне кажется для каждого- это что то свое, и мы свободны ровно настолько, насколько хотим ими быть. Как и в таро, так и в эзотерике: нет сугубо черного и белого, четких границ между добром и злом, так и со свободой- она может быть как благом, так и испытанием.
«Неужели можно о таком думать пока жаришь котлеты?»- спросите вы. Над этим можно и посмеяться, и поплакать, но да. Если жарить котлеты в тягость, да и в момент, когда совсем не хочется котлет, и из домашних никто их есть не любит, то ни признания, ни свободы, ни как следствие- счастья не жди. А я ведь начинала писать этот дневник именно с мыслью, что хочу быть счастливой и писать о счатливых моментах, и находить счатье, если я его проглядела в мелочах.
Только вот иногда ни сытый сынишка, ни чувство выполненного долга в виде горки котлет этого ощущения не дают. Можно переводить стрелки на обстоятельства, на родных, на непонимание со стороны всех, в том числе и работодателя, но из того, что я поняла сидя дома, что только собственное признание своей значимости и определение своих собственных свобод и обязанностей приближают нас к ощущению счастья. Признание на работе – это своеобразная иллюзия. Собственная оценка себя- это то, с чем ты остаешься один на один, когда иллюзии рассыпаются пеплом.
Встреча с собственной правдой порой не может не быть безболезненной. Особенно, если рассмотреть все под микроскопом и оставить лишь только то, что близко сердцу. Жить по сердцу и есть то самое счастье, ровно как и инструмент для достижения еще больших высот.
Поэтому, за месяц домашнего режима я поняла, какая это ценность-свобода, и сколько именно мне ее нужно. Я поняла, что легче всего тогда, когда решает за тебя твой руководитель, и совсем непросто принять решение казалось бы о таком важном и одновременно простом- своем желании. Я поняла, что свобода не может сделать меня счастливой полностью, так как мне как человеку хочется быть еще и обязанной (добровольно!) тем, кого я люблю. Мне стало ясно, что та философия, которую я исповедую, открывает мне множество путей и методов достижения желаемого, но и вменяет мне ответственность, обязательства и последствия за любые мои решения, а главное, учит слушать сердце, что становится очень непростой задачей, в особенности, когда были поводы для больших и маленьких разочарований, а весь опыт жизни учил опираться на логику.
Послушать свое сердце...
Для начала было очень непросто услышать его голос за доводами разума. Но сейчас я отчетливо знаю, что оно мне говорит: жить в моменте, позволить себе принять себя со всеми особенностями, позволить себе в том числе и влюбиться. И хоть я точно знаю, что на любой момент я готова последовать своей тропой в одиночестве, сейчас я иду по пути жизни не одна.
Ах да... сегодня мне сделали предложение, и я ответила: «Да».