Найти в Дзене
Мозготерапевт

Начало моего невроза длинной в 2 года. Головокружение, дереализация, первая паника

Меня часто спрашивают об этом, поэтому решила рассказать о первом приступе панической атаки. На тот момент я еще работала в реанимации и параллельно училась в универе. Курс был первый, насколько я помню. Подошло как раз время сессии. Был обычный день, мы сдавали какой-то экзамен. Ничего серьезного, он не был итоговым и ни на что не влиял. Все прошло в штатном режиме. Получила я за него 4. «4» - удивительная цифра. Хуже, чем 5, потому что не 5 и хуже, чем 3. Она не видима. Это просто хорошо. Не шибко молодец, хорошо, нормально. Мама любила говорить: -«А почему не 5?». В тот день я так и подумала, почему я стараюсь, мои однокурсники работая и гуляя по ночам получают 5, а я не дотягиваю. Я тогда уже работала, жила давно самостоятельно, платила за институт, но этого было недостаточно. С ощущением неудовлетворения мы пошли в кафе, как и всегда после экзаменов. Но в этот раз все было иначе. Помню как сидела за столом, в ушах шипели помехи, голоса людей были приглушенные, кусок в рот не

Меня часто спрашивают об этом, поэтому решила рассказать о первом приступе панической атаки.

На тот момент я еще работала в реанимации и параллельно училась в универе. Курс был первый, насколько я помню. Подошло как раз время сессии. Был обычный день, мы сдавали какой-то экзамен. Ничего серьезного, он не был итоговым и ни на что не влиял. Все прошло в штатном режиме. Получила я за него 4. «4» - удивительная цифра. Хуже, чем 5, потому что не 5 и хуже, чем 3. Она не видима. Это просто хорошо. Не шибко молодец, хорошо, нормально. Мама любила говорить: -«А почему не 5?». В тот день я так и подумала, почему я стараюсь, мои однокурсники работая и гуляя по ночам получают 5, а я не дотягиваю. Я тогда уже работала, жила давно самостоятельно, платила за институт, но этого было недостаточно.

С ощущением неудовлетворения мы пошли в кафе, как и всегда после экзаменов. Но в этот раз все было иначе.

Помню как сидела за столом, в ушах шипели помехи, голоса людей были приглушенные, кусок в рот не лез, изображение немного плыло. Я натягивала дежурную улыбку и почти не разговаривала. Не могу сказать, что в тот момент это меня напугало. Свое состояние в бы описала так: «что-то нехорошо». Что конкретно нехорошо было сложно сказать, общее ощущение дурноты, немного тошноты и дрожи. Уйти мне оттуда хотелось побыстрее. В этот раз посиделки закончились быстро.

Мы с подругой поехали домой, начали спускаться в метро. Помню как начало спирать грудную клетку, дыхание участилось, но я продолжала улыбаться и делать вид, что все в порядке. Тело стало дерганым, я убирала волосы, шурудила руками то по сумке, то внутри нее.

Затем мы зашли в вагон. Я проехала 2 станции и в центре города мне стало конкретно плохо. Я сидела, передо мной я четко помню, что стоял мужчина. Было довольно много народу в вагоне. В тот момент мне жутко хотелось только одного, чтобы они все рассосались или рассосалась я. Голова кружилась, будто я еду не в метро, а на американских горках, хотелось лечь на пол, закрыть уши и просто исчезнуть. Я протерпела до станции и поняла, что дальше ехать не смогу. Почему не смогу, зачем мне нужно выйти, я тогда абсолютно не понимала. Мне настолько было плохо там и тогда, что это безумное желание не было рационально, но было на грани жизни и смерти. Честно, я даже не помню, что боялась умереть или чего-то подобного. Мне было страшно, как при бомбежке и очень плохо, просто нужно было уйти.

Я схватила подругу за руку и сказала, что мне плохо. Мы вышли из вагона, она естественно начала расспрашивать что со мной. Паника от ее вопросов только нарастала. Вообще ощущение людей рядом никак не помогали, я не хотела их помощи, я хотела убежать и скрыться. Такое поведение очень характерно для панических атак. Она ничего толком не поняла, сказала мне сесть и что она позвонит в скорую, затем она пошла к смотрительнице станции. Вернулась, села, а я усидеть не могла. Я ходила возле скамейки загнанным зверем. Воля - все что было нужно. В метро было слишком душно, людно и было слишком много вопросов. Очень много внимания, которого я больше всего хотела избежать.

-2

Не знаю сколько прошло времени, но тянулось оно вечно. Я очень хотела, чтоб приехала скорая. Подступали слезы, я все еще металась по станции, но старалась сдерживать их.

Приехала скорая, меня отвели в каморку для сотрудников, разумеется померили давление. Разумеется оно было высокое. Дали таблетку. Не успела я ее выпить, как меня сразу отпустило. Присутствие врачей было целебным. Дальше мне предложили поехать в больницу. Конечно!!! Конечно, я поеду в больницу, там же врачи! Меня же спасут и мне не будет страшно.

Подруга уехала домой, а я поехала на собственной скорой. Чувство было чудом выжившей, я в своих глазах была не меньше, чем герой. Я на 100% была уверена, что мне повезло, что я выжила благодаря своей удаче, чуду и врачам.

В больнице взяли анализы и ничего там не найдя, отпустили домой.

Дома ощущение героя меня все еще не отпускало. Мне казалось, что это был странная и ужасная случайность, которая больше не повторится.

Как вы понимаете, она повторилась, снова через месяц, затем чаще и чаще, пока не превратилась в агорафобию. Дереализация пугала меня долго и больше всего, помимо всех стандартных страхов за сердце и задохнуться. Спустя 2 года, я вылезала из этого состояния. Если вы хотите более подробно почитать мою историю, вы можете найти ее тут.

Спасибо за внимание! Буду рада, если вы поделитесь своим первым разом)