Скорых на расправу стрельцов часто сравнивали с янычарами, а в меткой стрельбе они могли дать фору французским мушкетерам. В 1550 году Иван Грозный приказал сформировать из Пищальников шесть стрелецких полков по 500 человек. Служба пожизненная, а вступить в ряды нового войска могли свободные жители городов и сел.
Обученные стрелки понадобились, чтобы убрать отдельные отряды Золотой Орды, которые ещё нападали на Русь. Спустя два года после образования бойцы впервые понюхали пороху при осаде Казани.
Силовики Кремля
Было боевое крещение московских стрельцов, и они как пехоты огненного боя достаточно хорошо отметились в исторических источниках. Но надо понимать, что стрельцы — это только огненное прикрытие. И вот при осаде Казани они как раз этим и занимались. Шли впереди и метким огнём сбивали с боевых галерей вражеских лучников и стрелков. Но как только из города выходила вражеская кавалерия, стрелки наши отходили назад, а на поле боя выходила поместная конница.
С тех пор они стали элитой русской армии вплоть до 18 века. Во все времена этот спецназ Московской Руси узнавали по яркой униформе.
Но на самом деле, не все стрельцы носили красные кафтаны. Московским стрелецким полкам закупалось цветное сукно из Англии, и в каждый стрелецкий полк по тысяче человек выдавался рулон сукна, и он мог быть разного цвета. Действительно, красный был одним из самых популярных, но были желтые, например, синие стрельцы.
Для каждого стрельца главное – это его ружьё или мушкет с фитилём. Чтобы пальнуть, нужно было последовательно проделать не одну манипуляцию. Скорострельность была максимум два выстрела в минуту.
Полки или приказы назывались именами командиров. На войне от пеших стрельцов не раз получали на орехи западные захватчики – поляки, шведы или немцы. Это признавали даже враги.
Была своя тактика и против конной орды. Тактика стрелецкого войска – это преимущественно сражения от обороны.
В мирное время всеми делами царской гвардии ведал Стрелецкий приказ
Кроме обороны страны он поручал русским мушкетёрам охранять иностранные посольства. Такая почётная служба в основном была наследственной. Войны получали годовое жалование, а на эту сумму можно было купить дом. При этом они не платили налоги, а в свободное время занимались ремёслами.
Но помимо того, что государство давало им очень неплохое жалование, всё-таки стрельцам было разрешено заниматься, ну как позднее это называлось, отхожими промыслами. То есть они были, на самом деле, весьма искусными ремесленниками. И здесь, что очень важно, что они работали на заказ. То есть не торговали на рынке, а, допустим, к ним приходили заказчики, и они делали там определенную партию товара.
Отличительной чертой стрельцов была верность трону
Во время Медного бунта 1662 года они были главной ударной силой в борьбе с восставшими. А когда вспыхнула Крестьянская война Степана Разина, именно стрельцы усмиряли забуянивших казаков.
Они воевали, охраняли и подавляли. Однако 17-й век на Руси не зря прозвали бунтажным. В 1682 году восстали сами стрельцы. Бунт 1682 года – это в чистом виде такой сословный бунт. Бунт с претензией стрельцов на то, чтобы диктовать правителю какие-то свои условия. Они привыкли, что… Ну, они являются таким типом гвардии. Тогда таких слов никто не употреблял, но некий такой вариант существовал. И поэтому это позволило им впоследствии надиктовывать той же Софье некие условия.
Царевна Софья пошла на уступки. Например, приказала выплатить все недоимки по жалованию. Стрельцы в благодарность фактически возвели ее на трон при малолетних государях Иване и Петре. Эти события часто называют Хованщиной по имени главы Стрелецкого приказа Ивана Хованского.
Последний стрелецкий бунт 1698 года большинство знает по знаменитой картине Сурикова. Царские гвардейцы были против иностранных офицеров и задержек зарплаты, а Пётр I не стал церемониться. Он ненавидел и боялся стрельцов. По мнению историков, причина неприязни – ужас, пережитый вовремя Хованщины, который отпечатался в памяти молодого царя.
Он приказал казнить больше тысячи человек. Те, кого репрессии не коснулись, а таких было большинство, продолжили служить, охранять и воевать вплоть до конца Северной войны. Дольше всего они оставались в периферийных городах, однако постепенно и там их заменили новые Петровские полки.