Автор: Наталья Крофтс
Машина проехала мимо узкой боковой дорожки и остановилась возле дома. Только задним числом я поняла, что там, на асфальте, кто-то лежал. Мы вернулись. Это был поссум: совсем маленький, размером с кота-подростка. Светловато-серая шёрстка свалялась и была мокрой. Поссум тяжело дышал и силился подняться – но двигались только передние лапы и голова. Что с ним стряслось, было не совсем ясно: может, сбила машина, а может, просто съел какую-то отраву. В послеобеденное время поссумам выходить на прогулку ещё рано, и если его сбили, то лежал он здесь уже долго. И был очень плох.
В Австралии есть служба спасения, что-то вроде скорой помощи для раненых зверей. Звоню им, чтобы спросить, что делать с пострадавшим.
– Сейчас попробуем найти добровольца: он приедет и заберёт поссума. – И после паузы: – А вы не могли бы его сами отвезти к ближайшему ветеринару? Платить ничего не нужно – просто привезти и оставить, ветеринар о нём позаботится.
– А как его везти?
– Найдите коробку, наденьте перчатки, возьмите поссума за хвост и положите в коробку.
– За хвост?
– Не волнуйтесь, он вас не тронет.
– Ну, хорошо, мы попробуем.
Мне дали адрес ближайшего ветеринара, номер «дела» моего поссума – и строго добавили: «Воды и еды ему не предлагать».
Мы вернулись к малышу. Казалось, что помочь ему уже ничем нельзя – но и оставлять одного было тоже немыслимо: он всё ещё дышал и смотрел большими круглыми глазами – а на соседнее дерево уже присели две вороны. Может они, конечно, случайно там оказались – но мысль о том, что поссума сейчас начнут клевать живьём, не позволяла уйти.
Я поставила коробку рядом со зверьком. Поссум маленькими глотками хватал воздух, из открытого рта высовывался острый розовый язычок. Когда его взяли за хвост, он не возражал – тихо улёгся на дно коробки и не двигался. За пятнадцать минут езды из этого временного жилища не донеслось ни звука.
В ветеринарной клинике меня попросили заполнить формуляр: «кого привезли», «где нашли», «что с ним случилось», «Ваше имя и контактные данные». Очень похоже на анкету в обычных больницах: «имя пациента», «адрес», «на что жалуетесь», «имя и контактные данные ближайших родственников».хо улёгся на дно коробки и не двигался. За пятнадцать минут езды из этого временного жилища не донеслось ни звука.
Что ж, буду родственником.
Коробку я осторожно поставила на стол – поссум ждал, когда к нему выйдет медсестра.
Через несколько часов мне позвонили, чтобы поблагодарить за хлопоты – и выразить мне свои соболезнования: поссум умер, не дождавшись ветеринара.
По вечерам возле нашего дома долго было тихо. Но вот однажды я опять услышала возню в кустах. Навожу на куст фонарик – и вижу среди ветвей самодовольного поссума, зычно чавкающего листьями и щурящегося на свет...
Фото автора