Все, кто внимательно читал "Последнего из могикан" Фенимора Купера, наверняка помнят галантного маркиза Монкальма, командующего французскими войсками. Этот человек, согласно мнению писателя, считался грозой англичан, умелым полководцем, который, в то же время, был одним из последних европейских рыцарей в диких лесах Северной Америки.
Луи-Жозеф де Монкальм-Грозон, маркиз де Монкальм де Сен-Веран (1712-1759) происходил из старой дворянской семьи ("дворян мантии") и родился в замке Кандиак, недалеко от Нима. Отец добыл ему офицерское звание в армии короля, а женитьба на Анжелике-Луизе Талон де Булэ, дочери командира Орлеанского полка, помогла с продвижением по службе. К 31 году жизни, когда маркиз вышел на пенсию после войны, он имел за плечами участие в 11-ти кампаниях и пять ранений. После смерти своего отца в 1735 году он стал маркизом де Сен-Веран. В 1753 г. военный министр Д`Аржансон назначил ему пенсию в 2000 ливров, что позволило Монкальму жить весьма безбедно. Он был душой дворянского собрания в Монпелье, занимался хозяйством в собственном замке, воспитанием детей. Военное министерство за заслуги перед отечеством приказало назвать в честь Монкальма целый кавалерийский полк, который маркиз-пенсионер иногда инспектировал.
Но в 1756 г. в Северной Америке началась война, позже названная Семилетней. И родина снова вспомнила маркиза и призвала вступить в строй. На этот раз, на пост командующего объединенными франко-индейскими войсками в Канаде. Откровенно говоря, отношение к колониям в середине XVIII века в Англии и Франции было не самое лучшее. Американские колонии считались, зачастую, камнем на шее метрополий, тянувшим их в пучину экономический бедствий. Поэтому воевать там и даже командовать войсками желающих было немного. Монкальм был главнокомандующим, полковник шевалье де Левис стал его заместителем, а капитан Луи Антуан де Бугенвиль - адъютантом.
Монкальм, приехав в Канаду, сразу же испортил отношения с местным руководством в лице генерал-губернатора Новой Франции Пьера де Риго де Водрёя. Их постоянные интриги друг против друга, личная неприязнь во многом повлияли на то, что Канада, в конце концов, была сдана англичанам в 1760 г. Однако, в течение нескольких лет Монкальму и Водрёю удавалось успешно оборонять Новую Францию. Монкальму приписывают взятие форта Тикондерога, форта Освего в 1756 г., форта Уильям-Генри (того самого из книги!) в 1757 г., победу в Карилльонской битве 1758 г. Но в 1759 г. англичане под руководством генерала Вольфа сосредоточили усилия по взятию Квебека - самой важной крепости Новой Франции.
Во второй половине 1758 года англичане начали брать верх в Северной Америке, отчасти благодаря огромным человеческим ресурсам (против семидесяти тысяч французских колонистов в английских северо-американских колониях в тот же период проживало около двух миллионов человек) а отчасти из-за отсутствия подкреплений и поставок из Франции для поддержки своей колонии, которая, к тому же, была на грани голода после катастрофического неурожая.
В решении, которое во многом считается величайшей ошибкой Монкальма, генерал решил атаковать британцев теми силами, которые у него были, вместо того, чтобы ждать, пока силы, расквартированные вдоль побережья, подойдут и увеличат его численность. Маркиз считал, что если он позволит британцам укрепить свои позиции, то не сможет победить их, и поэтому атака не могла ждать. В последовавшей за этим битве на равнинах Авраама французские войска потерпели поражение. В битве погиб генерал Вольф. Пулей из мушкета в спину был смертельно ранен и маркиз Монкальм, умерший несколько часов спустя после боя. Квебек был взят, а в 1760 г. генерал-губернатор Водрёй сдал британским войскам всю Новую Францию.
Монкальм был похоронен в воронке от снаряда под хорами церкви Урсулинок, а 11 октября 2001 года останки Монкальма были вывезены из монастыря Урсулинок и помещены в недавно построенный мавзолей на кладбище Генеральной больницы Квебека.
Тот же У.Ж. Эккле полагает, что Монкальм стал жертвой французской колониальной системы, которую никто не развивал годами. Новая Франция была забыта своей метрополией, министры королей обращали слишком мало внимания на эту "груду снега", "тысячу актов холода и льда" как назвал Канаду Вольтер. Это и обеспечило поражение малочисленным французским войскам в годы Семилетней войны. Что ж, это мнение справедливо. Однако, на мой взгляд, и сам маркиз Монкальм в объективно неблагоприятных условиях усугублял обстановку, интригуя против Водрёя. Личность Монкальма, таким образом, предстает не в столь романтичном свете, как в романе Купера. А жаль...