Найти в Дзене
Может посмеётесь

Продолжение банкета.

В крайнем отзыве вы потребовали продолжения «банкета». Потянуло на воспоминания. Банкеты были при совке в кустах, особенно когда царила всесоюзная борьба с пьянством. Только отъезжали подальше от загруженных трасс, из-за ГАИшного вертолета. Русского мужика не проведешь. Служебные машины всегда были укомплектованы столовыми принадлежностями и «скатертью самобранкой». Забегаловок вдоль дорог не было. Для того, чтобы спокойно посидеть за рюмкой и поговорить, знакомый председатель горисполкома затащил нас в лес соседнего района, подальше от прибацанного первого секретаря горкома КПСС. Обычно выбирали место на опушке леса возле воды. Как-то увлеклись застольем, глядь, а одного УАЗика нет. Нашли. Скатился в пруд, гад такой, только крыша выглядывает с довольно сидящей на ней лягушкой. Вытаскивать машину кинулись все. Только один в этом не участвовал. Он бегал вокруг, фотографировал все это и ржал, как конь. За что и был оштрафован стаканом водки. Часто выезжали на свое насиженное место, на б

В крайнем отзыве вы потребовали продолжения «банкета». Потянуло на воспоминания. Банкеты были при совке в кустах, особенно когда царила всесоюзная борьба с пьянством. Только отъезжали подальше от загруженных трасс, из-за ГАИшного вертолета. Русского мужика не проведешь. Служебные машины всегда были укомплектованы столовыми принадлежностями и «скатертью самобранкой». Забегаловок вдоль дорог не было. Для того, чтобы спокойно посидеть за рюмкой и поговорить, знакомый председатель горисполкома затащил нас в лес соседнего района, подальше от прибацанного первого секретаря горкома КПСС. Обычно выбирали место на опушке леса возле воды. Как-то увлеклись застольем, глядь, а одного УАЗика нет. Нашли. Скатился в пруд, гад такой, только крыша выглядывает с довольно сидящей на ней лягушкой. Вытаскивать машину кинулись все. Только один в этом не участвовал. Он бегал вокруг, фотографировал все это и ржал, как конь. За что и был оштрафован стаканом водки. Часто выезжали на свое насиженное место, на берег реки. Как-то приехали, расположились. И тут кто-то спрашивает: «А где речка?» Посмотрели, нет. Оказалось, что строители атомной станции перегородили ее и увили русло в другую сторону. В ресторан на «банкет» необходимо было приходить со своими горячительными напитками потому, что официантам доводился лимит на спиртное. На вечер одна бутылка водки и пол бутылки шампанского на гарсона. Как официанты делили это шампанское, не знаю. Мы поступали иначе. Зачем ресторан? В кабинете на стол заседаний ставился самовар, раскладывались чайные принадлежности. В вазочках, бутерброды, печенье и другие сладости. Самовар заправлялся водкой, а в заварной чайничек с глиняной бутылки перекочевывал Рижский бальзам. При норме 4:1 холодный, рыжий чай проходил на ура. В Москве шифровались до нельзя. В министерстве, в полной темноте, распили бутылку в парткабинете, после рабочего дня и чтобы не дай Бог, кто увидел. Как там у классика? Раздавили пол литру в антисанитарных условиях. Модно было читать «книжки». Звонишь по телефону и говоришь: «Тут тебя один человек хочет видеть. Книжку принес. Захвати еще пару и подъезжай, почитаем. Очки у меня есть». На перерыве в ресторан таки ходили и к комплексному обеду заказывали по чашке белого чая. Официанты люди сообразительные и сначала приносили по чашке с водкой, а потом уже комплексный обед. Так, что банкеты были. Правда подзаборные.