Пока Глеб возвращался на фирму отца, Раиса Михайловна продолжала своё дело в кабинете у Льва Евгеньевича.
После телефонного разговора с Глебом, Жанна ещё немного понаблюдала за Раисой Михайловной. Потом, на всякий случай, она сходила в швейный цех и убедилась, что швеи продолжают шить костюмы. Потом она зашла в их, так называемый офис, посидела за пустым столом…, а потом решила выйти на улицу покурить. Здесь она и встретила подъехавшего Глеба.
Глава 80
- Она всё ещё сидит у него и продолжает…, - жаловалась Жанна на Раису Михайловну.
- И сейчас сидит? – уточнил Глеб.
- Ну, иди и сам посмотри, - кивнула Жанна, стряхивая пепел с сигареты.
- Одни проблемы…, - взял Глеб из рук Жанны сигарету и затянулся. – А швеи? Они что делают? – посмотрел он ей в глаза. – Она к ним заходила? – он снова поднёс сигарету к своим губам и затянулся.
- По-моему, нет, не заходила. Швеи шьют костюмы, - ответила Жанна.
- Ладно, пошли, - Глеб метко пульнул окурок в урну, и они зашли в здание.
Скинув куртку в офисе, Глеб направился к кабинету Льва Евгеньевича. Он распахнул дверь и зашёл.
- Здрасте, Лев Евгеньевич. Оо, баба Рая?! – сделал он удивлённое лицо.
- Привет, Глеб, - поздоровался Лев Евгеньевич и махнул рукой.
Раиса Михайловна тоже подняла на Глеба глаза и вытянула накрашенные губы, раздумывая, как поприветствовать внука, и как объяснить ему своё сегодняшнее присутствие в этом кабинете.
«А может, не стоит ничего объяснять и оправдываться…», - пришла ей в голову мысль.
- Глеб, - расплылась она в блаженной улыбке и выставила щёку, - иди, бабушку поцелуй!
Глеб не совсем понял такого поворота событий, но подошёл и чмокнул её в щёку.
- Ой, ты мой хороший, - похлопала она его по щеке.
«Совсем, что ли «ку-ку», - пронеслась у него в голове мысль.
- А ты что здесь делаешь? – спросил он, скосив взгляд на её листочки.
- С Лёвой, вот, выкройки делаем, - заулыбалась Раиса Михайловна, потрясла листочками и впёрлась взглядом в монитор.
«Не совсем «ку-ку», или совсем?» - колебался Глеб.
- А чего за выкройки-то, баб Рай? – поинтересовался он.
Жанна всё это время стояла за дверью и прислушивалась к их разговору.
- Одежда…, костюмы…, то, что мы шить будем, - невозмутимо ответила Раиса Михайловна.
- Даа…, - протянул Глеб. – Ну-ка, дай-ка посмотреть, что у вас там получается, - Глеб взял стул и подсел за стол рядом с бабкой.
Лев Евгеньевич кидал извиняющиеся взгляды на Глеба и лишь пожимал плечами, как бы говоря «А что я мог поделать?»
- Вот, смотри, это вот тут…, платье такое…, круглый воротничок, рукава фонарики, юбочка плисе, поясок…, - показывала бабка на своём рисунке детали. – А это вот, костюмчик. Да, смотри, вот блузочка. А вот жилетка. Смотри ещё…, юбочка годе…, - перебирала Раиса Михайловна свои листочки.
- Баба Рая, - мягко сказал Глеб, - Я чёт не понял. А зачем? Мы же всё сделали. Швеи уже, наверное, костюмы сшили. Сейчас посмотрим. Будешь смотреть? – предложил он. – Ну, раз ты приехала, давай уж, посмотришь.
Раиса Михайловна поджала губы.
- Не хочу я смотреть, и шить не надо было, - капризно сказала бабка. - Убожество это…, - проскрипела она своим старушечьим голосом.
Глеб сжал челюсти.
- Баба Рая, - у него уже заканчивалось терпение, но он постарался вложить в свой голос мягкость и спокойствие, - мода сейчас такая. Понимаешь, людям нравится…, людям удобно, - говорил он, стараясь убедить её.
- Ничего приличного не видели эти люди, - огрызнулась Раиса Михайловна. – Телевизор, вот, включила. Они там танцуют под музыку…, пляски обезьян! Ну, Лёва, они как орангутанги скачут, - трясла она своей рукой перед Львом Евгеньевичем. – А песня знаешь, какая была? Бэ…, мэ…, вэ…, я ни одного слова разобрать не смогла. Что это за песни такие? Невоспитанные. Муслима Магомаева на них нет. Вот кто пел! Вот, у современной молодёжи всё оно какое-то… невнятное. Что песни - слов не разобрать, что танцы – прости Господи, что эта одежда. В головах не понять что у них…, и так везде…, вокруг…, не понять!
- Ну, пойдём, может, всё-таки посмотришь, - Глеб понимал, что от него ускользают бабкины «бабки», и что весь его бизнес висит на волоске.
Бабка молчала.
«Вот ведь, сказала же, чтобы она сынку своему мозги на место вправила, - Раиса Михайловна в мыслях негодовала по поводу бездействия Жанны Аркадьевны. – Чётко же сказала, «разберись»! Ну, нет, какой там…, опять характер показывает…, вся в отца».
- Баб, пойдём. Сейчас померяют, посмотрим на фигуре…, как сели…, ткань пощупаешь.., - уговаривал Глеб.
- Не хочу я, - завопила Раиса Михайловна и хлопнула рукой по столу.
Жанна в коридоре вздрогнула от неожиданности и заглянула в кабинет.
Раиса Михайловна метала гром и молнии…
- Вот что я хочу, - снова схватила она свои листочки и начала трясти ими.
- Ну, ладно, - кивал головой Глеб, – я понял, это ты хочешь. Из чего всё это ты хочешь шить?
- Из того, из чего шьют нормальную одежду. Шёлк, твид, шерсть, бархат…, - кричала она.
Глеб покачал головой.
- Ты даже представить не можешь, сколько сейчас стоят эти твои шелка с бархатом. Я сегодня у поставщика был. Цены – космос, - сказал Глеб.
- И что? За этот космос я плачу, - не унималась Раиса Михайловна. – Я хочу, чтобы был шёлк, и вот так выглядело, - она схватила свою трость, и капризно стукнула ею по полу.
На эти крики из дверей в коридор высовывались любопытные сотрудники.
- Что случилось? Что происходит? – спрашивали они.
И даже Игорь Иванович вышел из своего кабинета.
- Ирина? Что это?
- Раиса Михайловна с Глебом у Льва Евгеньевича ругаются, - тихо доложила ему Ирина.
- Аа, ну, пусть разбираются, - Игорь Иванович скрылся в своём кабинете и захлопнул дверь.
- Или будет так, как я говорю, или не будет никак, - Раиса Михайловна схватила свою шубку и вылетела из кабинета.
- Ба…, - Глеб остался стоять в кабинете.
**** ****
Копирование текста полное или частичное запрещено!
«Вдохновение» и рерайт запрещён!