Каждое лето отец привозил Лизу с братом к бабушке в деревню. Деревня носила название Слекишино. Ярко сохранился образ бабушки Софии у Лизы. Это была середина семидесятых годов двадцатого века...
И вот, снова ехали к бабушке, мама осталась дома. Дорога извилистая, в две колеи.
Скоро деревня. Бабушка ждет. Проехав деревню Дор, справа виднеется деревня Большая Горка, деревня Малая Горка чуть выше на горе. Очень красивые места. И вон она вдалеке, деревенька из детства.
Виднеется уже бабушкин дом. Его построили отец с его братом. Дом был небольшой на два окошка по фасаду. Бревенчатый, неопушеный. Окошечки беленькие. Высокие завалинки.
Бабушка уже ждала около калитки. Ей было лет сорок с небольшим. Еще молодая женщина. Но почему-то она всегда была в платке. Наверное так было принято в то время. Отец работал на машине Зил. На этой машине он и привозил детей в гости к бабушке на лето каждый раз. Обнимая своих гостей, бабушка вела всех в дом. Усаживались все за круглый стол, покрытый скатертью, угощала пирогами и ароматным чаем с травами.
Было спокойно на душе. Вскоре отец уезжал, оставляя ребятишек на попеченье своей матери. Лиза провожала отъезжавшую машину отца, стоя у окна, пока слышала звук мотора машины. Машина скрылась за колхозными гаражами, опять показалась и снова скрылась за лесом. Но звук мотора машины еще долго сидел в голове. Наступала недолгая тоска. Но скоро она прошла, на ночь бабушка рассказывала внукам сказки и они спокойно засыпали.
Утром рано будили петухи. И бабушка начинала хлопотать около печки. Тесто уже поднялось. Она пекла очень вкусные пироги с брусникой.
Проснувшись, Лиза осматривала комнату, наполненную лучами встающего солнца. Они проникали через низенькие окна с ажурными занавесками.В доме была одна комната. Справа от дверей стояла русская печь. На ней всегда спала сама бабушка. Внукам не разрешалось туда залезать, потому, что они там затевали игры и баловались. Могли упасть оттуда. А кто отвечать будет?
За печкой были полати, там хранились вещи. Около печи стоял деревянный коричневый шкаф и над ним висел наблюдник с посудой. Совсем рядом с большой печью стояла пристроенная маленькая печь с плитой. Ею пользовались летом для готовки еды, чтоб не топить большую. Пироги и хлеб бабушка пекла в большой печи на неделю один раз. Около печи стоял ухват и лопата, еще была длинная кочерга. Бабушка быстро орудовала ими. Справа от дверей стояла большая железная кровать, украшенная вышитыми подзорами. Около кровати у окна стоял деревянный вместительный комод, куда дети любили заглядывать. Что же там хранится интересного? Задвижки всегда с трудом открывались, как бы говоря, что нечего туда заглядывать... Между окнами стоял круглый деревянный стол и несколько стульев. Вот и вся обстановка в доме.
На окошечках стояли горшочки с пахучей мятой. Ее бабушка добавляла в чай.
Брат Миша тоже просыпался и бабушка звала ребятишек к столу. Они спрыгивали на пол, устланный половиками, своими босыми ножками и бежали к столу.
Начиналось чаепитие. Ставился на стол самовар, нарезала бабушка пирог и в чай ложила несколько листиков мяты с окошечка. Колола специальными кусачками белый крупный сахар, складывала в стеклянную вазочку. Вкусные были пироги! Больше Лиза таких никогда не ела. Даже, когда выросла, сама пекла... но тот вкус был только там, в детстве.
Потом бежали на улицу...
Около дома огород, на нем лучек и грядки с клубникой и еще с чем-то. Отдельно еще было огородное поле с картошкой. Картошки бабушка садила много. Ведь держала во хлеве овец. На сеновале было несколько клеток для кроликов. Ох и любили они с братом возиться с ними! Таскали морковку, которую давала им бабушка, рвали руками траву каждый день. Серые, черные крупненьки кролики с удовольствием уминали все, что им давали.
Изредка по-утрам бабушка брала внучат с собой, когда водила овец пастись на луга за деревней. Вечером ходили их забирали. И, как они любили бегать босиком! Это непередаваемое ощущение свободы и ощущений. Детство! Лето!