Жила в нашем селе одна склочная и ужасно любопытная особа - баба Клава. Своим поведением, пристрастием знать всё про всех и любовью давать всем
советы она нажила себе множество недоброжелателей. А ещё, как болтали в деревне, от этого своего так сказать хобби, к ней и икота привязалась. Икать она
могла сутками, видно её кто-то всё это время недобрым словом поминал. Чтобы избавиться от неё, ей приходилось в уме перебирать имена чуть ли не всех
жителей окрестных сёл, чтобы найти имя недоброжелателя. Иногда ей это помогало, а иногда и нет.
В тот предновогодний день сосед бабы Клавы Пётр Вениаминович именно из-за её советов, вернувшись с ночной смены, поругался с женой. Результатом этого стало то, что встречать Новый год супруга вместе с детьми уехала к тёще,
а наш герой остался один, так сказать, в тишине и покое. Но прервала эту идиллию опять же баба Клава, которая просто ворвалась в дом и попросила ей
помочь.
Оказалось, что на этот раз приступ её икоты длится уже двое суток. Перепробовав всевозможные способы освобождения от неё, она обратилась
за помощью к соседу. Пётр Вениаминович, ужасно злой на бабку, которая дважды за этот день нарушила его планы, решил убить двух зайцев сразу
- отомстить и помочь соседке одновременно.
С детства он знал один приём избавления от икоты, и он был прост - испугать человека. Под предлогом того, что ему надо приготовить чудо-снадобье, он
отправил бабу Клаву домой и велел прийти через тридцать минут. За это время он и сварганил, так сказать, колдовское зелье, а точнее - место для избавления от икоты.
Пётр Вениаминович достал свой полушубок, тёплые штаны, шапку, валенки. Набил все это тряпьём и положил на пол в коридоре в виде лежащего человека. При этом шапку вместе с «головой» он положил отдельно от туловища. Разлил вокруг, так сказать, трупа томатную пасту и для пущего эффекта положил рядом со всем этим топор. Дверь запирать не стал, включил в коридоре ночник и
притаился в комнате. Ровно через полчаса раздался стук. Потом дверь тихонько скрипнула, и в неё бочком протиснулась икающая баба Клава:
- Петька! Спишь что ли? - Только и успела произнести она. Потом стало тихо, а затем раздался такой вопль, что у Петьки мурашки размером с вишню по коже забегали. Придя в себя, Пётр Вениаминович выскочил в коридор, включил свет и увидел абсолютно без кровинки в лице, с дыбом торчащими во все стороны волосами, онемевшую от страха соседку. Он сразу понял, что пересолил и переперчил с лекарством одновременно.
- Кто это? - прочитал он по беззвучно шевелящимся губам бабы Клавы.
- Лекарство от икоты, - еле выдавил из себя Пётр Вениаминович и сразу же получил такую затрещину от бабы Клавы, что щека ещё пару часов горела, как огнём обожжённая. - Мать твою, - орала тётя Клава, - да кто ж так лечит! Ты Петька не то, что икоту, чуть меня рассудка не лишил, сволочь! Ещё минут десять после чудотворного исцеления соседка ругалась отборным матом. После этого грациозно удалилась и больше никогда не обращалась за медицинской помощью к Петру Вениаминовичу и не лезла с советами в его семейную жизнь. А он, в свою очередь, с тех пор Новый год встречает только с семьёй и народным целительством не занимается.