Итак, решение о взыскании алиментов вынесено. Не важно, на каком основании – судебный приказ, соглашение об уплате алиментов – но исполнительное производство судебным приставом-исполнителем возбуждено.
И по этому исполнительному производству вроде как даже деньги в погашение долга взыскиваются.
Вроде как. Должен товарищ, скажем, тысяч двести, а платит в месяц рублей триста. Сколько десятилетий кредитор будет ждать своих денег? Правильно – пять с половиной.
Или должен папенька на троих детей платить в счет алиментов определенную судом часть от своих доходов, а доходов тех официально тысяч пять?
И формально придраться тут вроде бы не к чему: оплата производится, а уж в каком размере – то не пристава головная боль.
Вывод: позаботиться о взыскании долга в полной мере придется взыскателю. Самому.
Граждане наши в принципе изобретательны, а уж когда речь идет о защите своих «кровных», им вообще равных нет! Ну и что из того, что деньги скрываются от маленького ребенка или матери-инвалида – подууумаешь, беда! И объяснять, что – да, действительно беда, бесполезно и бессмысленно. Значит – надо ЗАСТАВИТЬ, а не объяснять.
На основе своего большого юридического опыта я смело могу утверждать, что заставить должника исправно погашать долг можно в 8 случаях из 10.
И мне, простите за грубость, глубоко плевать, что судебный пристав тычет мне в нос справку о работе горе-папаши на 0,25 ставки и соответствующих перечислениях алиментов. И аргументы пристава про его большую занятость, про невозможность ходить за каждым алиментщиком по пятам и с битой, меня трогают мало. Собственно, вообще не трогают.
Задача пристава – отчитаться о мерах по взысканию. Моя задача – взыскать. Что я и делаю. Разными способами.
К таким способам можно отнести запрет на выезд из страны или на управление автомобилем. Такие запреты накладывает судебный пристав в ходе исполнительного производства, и если эти меры приняты не были, взыскатель должен потребовать от пристава их применения.
Думаете, это несерьезно и результата не приносит? Ошибаетесь!
У меня в практике был очень показательный случай: весьма небедный товарищ, официально нетрудоустроенный, алименты не платил принципиально («Ребенок не мой, а с ДНК-тестом своим, как и с судебным приказом, можете отправляться… сами знаете куда!»).
Долг к тому времени, как клиентка ко мне обратилась, вырос до ста пятидесяти тысяч с копейками. Я навела справки, и выяснила, что каждый год летает наш орел за границу. Отлично! Дожидаюсь апреля (начало сезона отпусков), пишу заявление судебному приставу на принятие ограничительных мер. В мае «безработный» оплатил весь долг сам, типа добровольно. И в дальнейшем алименты поступали бесперебойно.
Аналогично решилась проблема с алиментами, которые другой папаша платил (не лгу!) по триста семьдесят восемь рублей в месяц: запрет на управление машиной, и – алиментное соглашение о ежемесячной выплате восьми тысяч рублей заключено и исполняется. «Фишка» здесь заключалась в том, что должник, опять-таки официально нетрудоустроенный, без водительских прав никак не мог обходиться: зарабатывал себе на жизнь он именно ездой.
Кстати, в точно такой же ситуации – запрет должнику на управление автомобилем – пришлось мне дополнительные меры убеждения применять. Товарищ, решив, что он самый умный зверь в лесу, продолжал во всю ездить на своей весьма недешевой машине (оформленной, кстати сказать, на третье лицо). Послав куда подальше (фигурально выражаясь – а жаль, я бы его при реальном «посыле» еще и к административке привлекла!) и суд с его решением, и пристава с его исполнительным производством и запретами, и заодно меня с моими требованиями.
Но я-то особа весьма настырная, к тому же привыкшая дело доводить до полного его завершения. А посему не поленилась – пару раз проехалась хвостиком за товарищем должником, и просигнализировала, как сознательная гражданка, товарищам полицейским на стационарном посту. Итог операции: проверка, штраф, угроза изъятия автомобиля. Итог моей работы: долги по алиментам погашены, текущие платежи вносятся исправно.
Другой вопрос, если должнику эти ограничения, как мертвому припарка: за границу не ездит, машину не водит, так что запрещай, не запрещай, а толку – ноль. Бывает? Бывает. Ищем другие формы воздействия.
Очень распространенный вариант – маленькая зарплата должника.
А вот для работающих на одну сотую ставки у меня есть свой кнут, он же пряник. Работаешь сварщиком на окладе 4500 рублей? И даже справка официальная о заработке имеется? Хорошо! Но как ты думаешь, когда к твоему работодателю придет с проверкой сначала трудовая инспекция, а потом и прокуратура с целью проверки соблюдения трудового законодательства – он порадуется и выпишет тебе премию? И как долго потом ты будешь получать свои «четыре с половиной»? Не хочешь такого варианта – деньги на стол.
Очень распространенный случай – это когда имущество должника записано на его новую супругу, а сам он гол и бос. В этом случае взыскателю (именно взыскателю!) нужно позаботиться о финансовом благополучии должника и восстановить социальную справедливость. Как? Через суд добиться выделения супружеской доли, на которую потом и обратить взыскание. Путь не самый простой, но вполне себе рабочий. Тем более что уже одна угроза пойти по такому пути, как правило, делает должника куда как более сговорчивым.
И напоследок еще вариант, который я пару раз применяла в своей практике. Оговорюсь – тут необходимо располагать соответствующей информацией.
Должник предоставляет судебному приставу справку о доходах в размере что-то около 7 000 рублей, при этом накануне оформляет в банке кредит на весьма приличную сумму, указав свой заработок равно в десять раз выше. Маленький шантаж (или соглашаешься с нашими условиями, или мы сейчас запросим проверку у службы безопасности банка, а там и прокуратуру привлечем), и – вуаля! наши победили. И не надо мне рассказывать об этической стороне такого подхода: этот… нехороший человек не гнушается у ребенка кусок урвать, а я должна угрызениями совести мучиться от того, что этот кусок у него забираю? Ага, щас!
Я рассказала только о малой части способов, которые можно применить для взыскания денег с того, кто обязан, но отказывается их платить.
В реальности же таких вариантов взыскания – огромная масса, поверьте практикующему специалисту! И то, что должник принес справку о копеечном доходе, переоформил все свое имущество на жену/маму/сестру/тетю – не тупик для Вас, и не выход для него.
В деле получения денег, на которые Вы имеете законное право, – как, собственно, при решении любой проблемы, хоть правовой, хоть какой – важно не отчаиваться и не опускать руки.
Давайте будем реалистами: у судебных приставов действительно очень-очень-очень-преочень много дел в производстве. И их судьба Ваших денег волнует лишь постольку, поскольку связана с Ваши правом пожаловаться на пристава. Ваши деньги – это ВАША проблема. Помните бессмертную сентенцию об утопающем – я не про соломинку, я про спасение? Вот-вот: вопрос получения своих денег нельзя выпускать из СВОИХ рук.
Поймите меня правильно, я не призываю всех поголовно взыскателей вооружиться биноклем и берданкой, и сначала сидеть в засаде, а потом идти с угрозами, а то и войной, на должника. Конечно, нет.
Но и ничего не предпринимать, сидеть в печальном ожидании ста рублей раз в полгода, потому что судебный пристав сказал, что бОльшего с должника не получить – тоже нельзя.
Отслеживайте действия пристава в рамках исполнительного производства в вашу пользу; подавайте ходатайства о применении необходимых, с Вашей точки зрения, мер; обжалуйте действия или бездействие пристава, если для этого есть основания. Если располагаете какой-то информацией, которая поможет взыскать деньги с должника (например, знаете о реальном источнике его доходов или о месте нахождения скрываемого имущества) – доведите эту информацию до пристава.
Одним словом – действуйте!