Источник: motorsportmagazine.com
Это мой перевод данной статьи.
8 января 2024 года
Марио Андретти достиг высот, о которых мало кто мог мечтать в гонках, но, как он вспоминает в новом подкасте «Мотор-Спорта», его величайший момент был омрачен трагедией.
Авторы: «Мотор-Спорт»
Легендарный Марио Андретти занимает уникальное место в истории гонок как единственный человек, выигравший «Индианаполис-500», «Дейтону-500» и титул чемпиона мира Формулы-1.
Последнее выдающееся достижение пришло в том самом месте, где он увидел свою первую гонку чемпионата мира, выиграв Большой Приз 1978 года в Монце за рулем новаторского автомобиля «Лотос-79» с «граунд-эффектом».
Однако, несмотря на то, что он одержал победу в том самом месте, где, по его словам, «зародилась мечта», Андретти теперь рассказывает об эмоциональном потрясении, которое он пережил в то время, объясняя, почему он «не мог праздновать».
Его товарищ по команде Ронни Петерсон лежал с серьезными травмами в больнице и вскоре погиб в результате еще одного инцидента, который подчеркнул грань между триумфом и трагедией, которую представляли гонки в 1960-х и 70-х годах.
Андретти подробно остановился на этой теме в новом подкасте в рамках серии «Столетние истории автоспорта», посвященной 100-летию журнала.
Беседуя с Робом Уиддоузом за увлекательным интервью, которое охватывает невероятную карьеру, Андретти вспоминает, как наблюдал за гонкой Альберто Аскари в Монце, как бывший корреспондент Денис Дженкинсон соревновался на «Милле-Милья» со Стёрлингом Моссом и как он дебютировал в Формуле-1 за команду «Лотос».
Однако, участвуя в одной из самых опасных эпох гонок, просто добраться до финиша целым и невредимым было само по себе достижением.
“Я потерял нескольких своих самых близких друзей в спорте, и мне неприятно даже говорить об этом”, - признается он.
“Но, знаете, в начале этих сезонов, особенно когда я добрался до спринт-каров, вы оглядывались на собрании гонщиков и задавались вопросом: "Кто по итогу останется?"
“Мы теряли от четырех до шести человек каждый год. В 1964 году в спринт-карах в двух гонках мы потеряли по два гонщика – четырёх в двух гонках. И один из них был моим товарищем по команде”.
В то время как каждая трасса представляла собой серьезную проблему для гонщиков той эпохи, особенно в дисциплинах «ИндиКара», Андретти выделяет печально известную трассу «Лангхорн» как особенно знаменитую тем, что она в плен мало кого брала.
“Это место унесло жизни 52 человек”, - подчеркивает он. - “За год до того, как я сел за руль «ИндиКаров» [в 1963 году], я был зрителем на внутреннем участке в поисках машины [в Лангхорне], и произошел несчастный случай. Бобби Марвин погиб во втором повороте, и я видел, как он сгорел заживо. И я взял его машину”.
Второе в истории Андретти соревнование «ИндиКара» состоялось на автодроме, и чемпион Формулы-1 1978 года поделился своими эмоциями перед гонкой.
“Я был очень, очень встревожен – только потому, что все говорили об опасном аспекте, а я никогда раньше не водил такое”, - вспоминает он.
“Там была только одна короткая прямая, вы просто ехали, в основном, с нажатой педалью газа. Один участок во втором повороте был очень неровным. Вам приходилось стиснуть зубы и просто проехать его. Если бы вы затормозили, то перевернулись бы.”
Долгая и чрезвычайно успешная карьера Андретти в немалой степени является данью его способности справляться с пьянящими эмоциями гонок той эпохи, но он оспаривает мнение людей, называющих его подход роботизированным.
“Меня много раз обвиняли: «О, да, ты толстокожий», - нет, нет. У меня есть душа, у меня есть сердце”, - утверждает он.
«[Но] я справился с этим, не имея с таким дел. Я не зацикливался на факте [встречи со смертью]. Вам просто нужно было сказать себе, [что] вы в руках божественного провидения».
«Я был движим такой страстью и любовью к тому, что я делал, что ничто не могло меня остановить. К сожалению, по пути я потерял нескольких своих самых близких друзей».
«Вам нужно было просто двигаться дальше. Это было ужасно во всех возможных смыслах, потому что к этому никогда нельзя привыкнуть».