Праздники остались в прошлом, и время стартовало с новой точки отсчета, чтобы продолжиться, несмотря на мировые катаклизмы, которые уже почти что стали буднями… Но что же продолжилось? Для кого-то интенсивная и напряженная работа, заботы и хлопоты, а также неустроенность быта… Для кого-то - увлекательный творческий проект, тепло долгожданных встреч или семейного очага… А что для меня продолжилось в этом январе? Наверное, помимо прочего, это те мероприятия, которые я сама готовлю и организую, и те, которые посещаю, опять же приглашая всех, кто близок. Лица, поездки, дискуссии, конспекты, выступления…
Вообще темы мероприятий, которые хочется охватить, довольно разнообразны, но в своей заметке хотелось бы остановиться на чем-то одном. Поэтому вернусь к теме, которая была уже поднята в упоминаемой мною «Лаборатории ненужных вещей», и теперь готова продолжиться, - это тема жертвоприношений, звучание которой сразу кажется нам несколько зловещим…
Выступления по этому вопросу были представлены знаменитым античником старшего поколения Ниной Владимировной Брагитской, известным библеистом Анной Ильиничной Шмаина-Великановой, которая ярко, и подчас неожиданно, умеет преподнести материал, крупным специалистом по искусству Возрождения Юлией Владимировной Ивановой (она же куратор всего проекта), замечательным социологом Павлом Соколовым, молодым и уже небезызвестным философом и религиоведом Алексеем Игоревичем Зыгмонтом, а также знающим кельтологом Ниной Владимировной Живлевой…
На первый взгляд, вопрос кажется очень узконаправленным. Но оказывается, что он настолько широк, что зачастую затрагивает и политику, и право, и психологию, и литературу, не говоря уже о мифологии… Так тесно связанная с жертвоприношением тема мученичества была прочитана в главном романе пятикнижия Достоевского – «Братья Карамазовы». Например, смерть Илюшечки, сына отставного штабс-капитана Снегирева. Это смерть, которая соберет у камня ребят, слушавших речь Алеши о дорогом воспоминании детства… А ведь когда-то, еще в Серебряном веке, Вячеслав Иванов говорил о мученичестве Илюшечки, вокруг которого все объединяются.
А вот в «Бесах» такому объединению противостоит другой союз, скрепленный на крови, рисуемый автором как ложный и преступный. Освежим строки романа: «Я вам давеча сказал, для чего вам Шатова кровь нужна, - засверкал глазами Ставрогин. – Вы этой мазью ваши кучки слепить хотите». Здесь уже жертвоприношение или учредительное убийство, несколько более широкое понятие. Им, кстати, занимался Рене Жирар, французский ученый, которому недавно исполнилось бы сто лет.
Мы только применили к известным романам несколько терминов, но, между тем, они вполне созвучны выводам о творчестве Достоевского, которые я слышала уже на других семинарах, персонально посвященных классику. Ведь в «Карамазовых» так значима тема «случайного семейства», звучащая еще в «Дневнике писателя», тема родственных и неродственных душ, единения и разобщения… (Недаром этот же вопрос остро поставлен и в подготовительном романе, «Подростке»). «Бесы» же изначально роман-памфлет, выросший из газетной статьи, где так злободневно для своего времени Достоевский, со всеми присущими ему взглядами, вывел объединение революционеров, которое лишь разобщает его членов, уводит их все дальше друг от друга, потому как не несет в себе истины по Достоевскому.
И в этом плане интересно вернуться к концепции жертв. Ведь в истории человеческой мысли модель «мы убиваем» (где одобрение на стороне жертвователя) сменился моделью «нас убивают» (где симпатии переходят к жертве). Причем, например, в христианстве, жертва воскресает, чем устанавливается известный порядок; и каждый адепт веры хочет в некотором смысле быть причастным Христу и его опыту. Аналогично в Древнем Египте было с Осирисом, а в Древней Греции с Адонисом… Кровавое жертвоприношение в «Бесах» - пример следования первой модели, смерть же Илюшечки – иллюстрация модели второй. (Недаром слово жертва заменяется словом мученик, которому уже присущ ореол святости).
Вообще тема плодотворна, и к ней хотелось бы еще возвращаться, коль скоро она делает попытку что-то объяснить в нашей жизни, к чему-то присмотреться, над чем-то поразмыслить. А ведь это и есть один из важнейших стимулов для того, чтобы исследовать ее, уже чуть более масштабно, в новом году.
Автор: Ася Кревец