Рассказываем, как завершился проект «Ямьле кич».
Культурный дом «Сайдаш» не совсем та площадка, которую ожидаешь, идя на концерт молодежной группы. Но в зале почти полная посадка: редкие места оставались только на верхних рядах. На сцене разместились аж 12 исполнителей: два вокалиста, скрипка, бас, гитара, флейта, две барабанные установки, два синтезатора, саксофон и аккордеон — вот это набор! Наличие двоих клавишников еще можно было понять. Но вот двоих барабанщиков? Такой прием иногда использовали за рубежом в начале прошлого столетия, примерно в 30-х. Это то, что, можно сказать, сближало рок с джазом: один барабанщик играет основной ритм, а второй импровизирует.
Второй ударник сидел за перкуссионной установкой и играл на всем, по чему можно колотить. Особенно интересно получалось, когда он проводил руками по бар чаймсу — инструменту, родственному азиатским ветряным колокольчикам, который выглядит как множество свисающих металлических трубочек разной длины.
Приятно было слушать энергичные полуджазовые партии на пианино и саксофоне. Соло перетекало от инструмента к инструменту. Сначала давалась небольшая разгрузка, барабанные ритмы стихали, клавиши начинали свои пассажи, которые перенимал саксофон, потом появлялась флейта, а завершалось дело гитарой, к которой уже присоединялись вокал и остальные инструменты.
Слышали когда-нибудь татарский рэп? Если нет, вам надо срочно это исправлять. Вот это и называется разрывом шаблонов. В татарском языке гораздо чаще употребляются звуки «р», «т», «к» и «д», что особенно ярко выделяется в скоростном речитативе, добавляя в него особый ритм и динамику.
В аккордеоне часто угадывались некоторые мотивы французского прованса. Флейта чаще играла одна, дополняясь лишь барабанами с басом, иногда аккордеоном. Видимо, для того, чтобы акцентировать внимание на ее соло. И оно того стоило: действительно неклассическое, энергичное исполнение.
Кто действительно отжигал на сцене, так это вокалист. С клавишами, скрипкой или аккордеоном особо не подвигаешься, гитарист приклеен с своему педалборду, так что Ильгиз работал за всех. Вот о ком можно с уверенностью сказать, что сцена — его второй дом. Он много двигался и совершенно не стеснялся широких, размашистых и ярких движений, несмотря даже на ограниченное пространство. В перерывах между песнями он много общался с залом. Вот тогда я четко ощутил, что эти ребята продвигают татарскую культуру: ни слова по-русски. Интересно было наблюдать за Саидом Олуром — чего он только не делал со стойкой для микрофона. Получилось очень по-рокерски. Юрий Федоров играл за синтезатором стоя: было интересно наблюдать, как он отдается музыке.
В затишьях и между песнями с задних рядов можно было услышать выкрики на татарском. Об их содержании ввиду моей лингвистической слабины говорить трудно, но интонационно они казались позитивными. В какой-то момент одна из пар начала танцевать между рядами, ближе к выходу. Настоящие фанаты. Но вообще танцпола не хватало. К середине концерта, на песне «Татар кызы», в проходах танцевало уже не меньше 20 человек. И это в Доме культуры, где только сидячие места. Музыка бердәнбер хакыйкат!
Автор: Любомир Ковырушин