Друзья, на конкурс хокку прислали свои произведения всего пять человек! Я не буду его проводить на таких условиях. Напрягитесь - вы же таланты! Тем более те стихи, которые прислали - очень классные!
* * * * *
Баневна после сожратия перчатки, заполировала свой обед моей олимпийкой. Рукав был обжёван и измусолен. И в сегодняшнем рассказе участвовать напрочь отказалась. Сказала «мяв!». Буся проявила солидарность.
Поэтому сегодня кусочки - зарисовки из жизни медиков. Как всегда веселые, ибо негатива нам не надо!
* * * * *
Времена были тяжелые. Знаменитые «девяностые». Начинала я тогда в отделении гнойной хирургии. Народу катастрофически не хватало. В стране разворовывалось все направо и налево. И не удивительно, что мне в помощь на ночные дежурства определили студента третьего курса Сеченовки - Лёшу.
Лёша был изумительный мальчик. Воспитанный, вежливый, исполнительный. Но на общую беду - креативный. Я очень надеюсь, что его креативность ему помогла потом в жизни.
И вот дежурить с Лёшей мне предстояло весь месяц.
На одной из смен я учила его делать антибиотики. В те времена одноразовых шприцов не было. Стекло и металл. Всё чистили, мыли, стерилизовали, и снова в путь.
Так как в хирургии антибиотики получали 99,9% пациентов, то не удивительно, что столик был завален шприцами с препаратами. А некоторые пациенты получали по два, а то и три препарата за раз.
Это сейчас, когда пациенту вводят препарат внутримышечно или внутривенно - он, препарат, набирается непосредственно перед введением. А в девяностые года набиралась куча шприцов и со столом ехали по палатам. И пофамильно вводили лекарства.
Я выдала Алексею перечень инъекций и поручила набрать антибиотики. Мальчик отрапортовал «йес, босс!» и потопал работать.
Когда он выкатил стол из кабинета - мне поплохело. В стеклянных цилиндрах играла и переливалась огнями в свете хирургических ламп странная пена.
- Лёх, это что? - сдавленно прошептала я, указывая на шприцы.
- Это? А это антибиотики. Я усовершенствовал подход к их введению. Зачем два раза дырявить зад больному, если можно совместить две инъекции в одном шприце?
- Слышь, ты, эскулап доморощенный, а тебе в институте такое слово как «лекарственная несовместимость» не произносили? Или ты решил всех пациентов избавить от мук в одночасье? Их нельзя колоть вместе!!! - последнюю фразу я проорала.
- Ну я это, ты это, короче, я как лучше... - бубнил студент отходя от меня на безопасное расстояние...
* * * * *
Через некоторое время я учила будущее светило хирургии, как делать перевязки. Перевязки в гнойной хирургии - то еще удовольствие. Не буду вас грузить шок - контентом, кому интересно, - погуглите и увидите.
А в те времена не было замечательных одноразовых повязок с подушечкой, не было щадящих препаратов и перчатки были многоразовые....
У нас на столике стояла бутыль с хлоргексидином, бутыль с фурациллином. Бутыль с клеолом. О клеоле отдельно: это медицинский клей, с помощью которого фиксировалась марлевая повязка поверх раны. Очистить кожу от клеола можно было только... эфиром для наркоза.
Мы с Алексеем перевязали две палаты, после чего я ему наказала:
- Отойду на пять минут. Ничего не трогай, никуда не лезь. Приду - продолжим.
Возвращаюсь, Леха бежит навстречу.
- Не ходи туда, не ходи!
- А что случилось? - я нахмурила бровь.
- Я это, клеол, короче, он. Короче, я его посмертно уничтожил!
Как можно «посмертно» уничтожить 400 мл клеола?
Элементарно! Разбить банку и разлить содержимое на линолеуме в отделении.
До семи утра несчастный студент пытался отодрать противный клей от пола. А я злорадно хихикала.
* * * * *
В девяностых годах в отделениях катастрофически не хватало санитарок. Поэтому большую часть грязной работы взваливали на нас, дежурантов.
Например отнести анализы в лабораторию. Это сейчас вам дадут стерильную, легкую, пластиковую баночку с герметичной крышкой. А раньше были стеклянные бутылки из под растворов. Объемом 200 мл, и без крышек. Вся эта наполненная стеклотара ставилась аккуратно в вёдра и в открытом виде тащилась в лабораторию. Прям женщина, несущая воду из колодца. Блин.
Вот я и решила приспособить нашего Геракла для похода в лабораторию с двумя вёдрами, пардон, мочи...
Лаборатория располагалась в соседнем корпусе.
Время пять утра. Леха ушёл уж полчаса как. Я сижу в ординаторской и болтаю с дежурным хирургом. Ординаторская, практически напротив выхода из отделения. Вдруг в коридоре грохот, звон и отборный мат.
Мы с доктором выскакиваем из ординаторской: картина Репина «пи...ц». В дверном проёме отсутствует стекло, ногами наружу а телом внутрь отделения лежит мой бравый помощник, в руке его пустое ( слава богу), ведро из-под анализов.
- Лёша! (пи-пи-пи) Ты какого (пи-пи-пи)??? Что тут происходит?(пи-пи-пи)!!!
Лёха бодренько пролез в дыру в двери и так же бодренько отчитался.
- Я это, пошёл. А дверь, захлопнулась. Я вернулся, а закрыто. Я решил штапики отодрать, стекло снять, тихонько пролезть, чтоб (ключевая фраза) НИКОГО НЕ РАЗБУДИТЬ!!!
.... пи-пи-пи-пи......
- Берешь стекло. Берешь штапики, приковыриваешь назад, как оно было. И чтоб тихо, быстро и капитально. Нельзя было в звонок позвонить? Мы в двух шагах сидели.
- Я ж говорю, будить никого не хотел!
Немая сцена...
* * * * *
Я искренне верю, что из светлого мальчугана вырос классный хирург. Не помню Лёхиной фамилии, но если ты, Лёха, прочитаешь когда-нибудь этот рассказ, и вспомнишь «посмертно уничтоженный клеол», то знай, мы тобой гордились!
__________________________________________________________
Все материалы канала "Хвостатое счастье" являются собственностью автора и защищены авторским правом! Копирование и распространение материалов запрещено, без предварительного согласия с автором! При цитировании, ссылка на канал обязательна!