Ночью они подошли к свежей могиле Эмилии, и стали ждать. Её образ появился в полночь, бестелесный и прозрачный.
- Что, Терентий, ничего у вас не получилось? Давай, рассказывай!
- Мы сделали, как ты сказала. В квартиру зашли тихо-смирно, вместе с соседями. Белое существо нашли сразу – это была курица.
- Глупцы! - прервала его старуха. - Я вам ясно сказала, что существо должно быть не только белым, но и умным, а ума меньше, чем у курицы, лишь у вас. Ладно, продолжай!
- Старика положили посреди комнаты, рядом с ним, кроме меня, никого не было.
- Зачем посреди комнаты?
- Я подумал: вдруг кто-нибудь за стенкой лежит.
- Вы его вместе с койкой передвинули.
- Нет, она прибита к полу была, мы его аккуратно на одеяло положили.
- Всё ясно! - воскликнула ведьма, по-старчески покачивая головой. - Обманул вас старик Белун. Слушайте внимательно, что вам предстоит сделать за следующие шесть дней. Узнайте, кто живёт на первом этаже, под квартирой старика.
- Я знаю, - прервал её Терентий. - Учительница там живёт, у неё муж предприниматель и дочь в школе учится.
- Вот и последите за ними, вдруг, у кого-то из них жизнь круто изменилась, и ему стало сильно везти. Ты, Терентий, последишь за учительницей, Кирилл – за её мужем, а ты, Остап, за их дочерью, но никого не трогать. Дальше. Найдите это белое существо, возможно, оно у них живёт, и уничтожте его. Ещё узнайте, чем занимается моя правнучка и её родители, особенно, отец. Если и в их жизни что-то изменилось, доложите мне через шесть дней. Всё, идите! У меня на земле ещё много дел.
Геннадий Данилович зашел домой на минуту, схватил папку с документами и хлебнул глоток кофе.
- Лена, я поздно вернусь.
- Сегодня же воскресенье? Сядь, поешь спокойно!
- Нам не тот металл поставили, а эту поставку целую неделю ждали, если не разберусь, завтра стоять будем.
- Ладно, иди, фабрикант, работай!
- Даша, а ты, куда с утра пораньше? – спросил Геннадий у дочери.
- С девчонками загорать пойдем.
Он машинально кивнул дочери в знак согласия и вышел во двор к своему «Форду». Около подъезда стоял парень, какой-то дальний родственник покойного Сергея Андреевича.
- Здравствуйте! – произнёс тот.
- Здравствуй!
- Вы в центр?
- Да.
- Может, подвезёте, а то я в городе плохо ориентируюсь?
- Садись!
В окно машины Геннадий видел, как друг его сына Миша Большаков укладывал в багажник отцовского «москвича» сварочный аппарат, строгое лицо серьёзного человека. И тут парень увидел его Дашку, лицо стало ужасно глупым, улыбка, как у ребёнка, увидавшего, ослепительную красавицу. Дочь повернула голову и гордо прошла мимо.
- Ну, дела! - ухмыльнулся Геннадий Данилович.
***
Когда все разошлись, Елена Петровна взяла котенка, вышла из подъезда и села на лавочку, отпустив того погулять в цветочную клумбу. Через минуту из подъезда вышел Терентий.
- Здравствуйте, Елена Петровна! – улыбнулся женщине.
- Здравствуйте, Терентий Фёдорович! Садитесь!
- Что-то вы с утра на лавочке сидите?
- Котенка выгуливаю. Нам его Сергей Андреевич перед смертью подарил. Хороший котёнок, дома не гадит, но и на улицу один не выходит. Вот и приходится с ним гулять. А вы куда собрались?
- Просто вышел подышать свежим воздухом, а если честно, увидел вас, захотелось поговорить с красивой женщиной.
- И о чём же? – с улыбкой спросила Елена Петровна.
- Ну, как ваше здоровье?
- Спасибо, хорошо!
***
Они долго болтали о всевозможных пустяках, пока женщина не спохватилась, что разговор продолжается непозволительно долго.
- Ой, Терентий Фёдорович, мне пора! Фаина, где ты?
Белый котёнок подбежал и прыгнул хозяйки на руки.
- О, так это ваш котёнок? – радостно произнёс Терентий.
Попытался его погладить, но котёнок злобно фыркнул и ощетинился.
- Фаина, что с тобой? – улыбнулась Елена, погладив котёнка. - Почему фырчишь? Дядя Терентий добрый. Да что с тобой? Ладно, Терентий Фёдорович, мы пошли. До свидания!
- До свидания, Елена Петровна!
***
Арина видела, несмотря на воскресенье, у отца плохое настроение.
«Я вижу, папа, тебе тяжело, - мысленно разговаривала с ним, – но ты должен переосмыслить жизнь и начать всё сначала, а я тебе помогу. Сорок два года, для мужчины не возраст. Открыл бы мне свои сокровенные мечты, мне стало легче бы направлять твои действия в нужное русло».
- Папа, о чём думаешь? – спросила вслух.
- О жизни, - тяжело вздохнул отец.
- Молодец ты у меня – пить бросил.
- Ты постаралась?
- Папа, я тебя люблю и желаю тебе самого лучшего.
- Судьба у нашей семьи нехорошая.
- Человек сам делает свою судьбу, и ты, если захочешь, сможешь изменить её.
- Поздно уже, - обречено вздохнул отец.
- Нет, папа, и в пятьдесят не поздно, а тебе сорок два.
Кто-то позвонил в дверь.
- Арина, к тебе Софья Васильевна пришла, - крикнула из прихожей мать.
Женщина зашла в комнату и, заплакав, обняла девушку:
- Спасибо, Аринушка!
- За что, Софья Васильевна?
- Голова третий день не болит, словно второй раз на белый свет родилась. Вот, тебе подарок принесла.
С этими словами вынула из кармана футляр, в котором лежало красивое колечко.
- Зачем, Софья Васильевна?
- Носи на здоровье, и никаких возражений. До свидания! Я пошла, хочу к дочери съездить.
Девушка проводила женщину и горестно вздохнула:
«Красивое колечко, но на мои безобразные пальцы не полезет».
Раздался телефонный звонок, Арина сняла трубку:
- Алло!
- Ярослава позови! – раздался грубый голос.
- Здравствуйте! Вы имели в виду Ярослава Анатольевича?
- Да…Здравствуйте! Извините! – растеряно залепетали на другом конце провода.
- Папа, тебя.
Отдала отцу трубку, продолжая стоять рядом и слушать разговор.
- Ярослав! – громко произнёс голос в трубке. - Срочно на работу!
- Что случилось?
- Центральную прорвало, там уже копают. Скажи своим, пусть воду наберут.
- Сейчас приду.
Отец положил трубку и стал собираться.
- Что случилось? – вышла из кухни жена.
- Яна, у нас там авария. Воды наберите, пока течёт!
- Папа, я с тобой пойду, - вдруг произнесла дочь.
- Зачем? – удивлённо вскинул брови отец.
- Посмотрю на твою работу.
- Ничего там интересного нет.
- Всё равно пойду.
- Как хочешь.
***
Они подошли к месту аварии, возле которого суетились люди и работал экскаватор, а всей этой работой раздражённо командовал грубый мужчина, сразу непонравившийся Арине. Яму раскопали, она была наполовину наполнена водой. Добрый час всё смотрели на воду, которая постепенно куда-то уходила, когда ушла полностью, почему-то стали ругаться. И вдруг все замолкли. К месту аварии подъехала белая «ауди», из которой вышел элегантный мужчина средних лет. Кто командовал, сразу бросился к нему:
- Здравствуйте, Андрей Борисович! У нас авария небольшая.
- Здравствуй, Ванюков! А авария-то большая. Григорьев где? Вызови!
Мужчина кивнул головой всем рабочим, остановив взгляд на Ярославе, что не ускользнуло от внимания дочери.
- Вон он, едет, - показал Ванюков на подъехавшую машину.
Из новой «тойоты» вышел представительный мужчина и сразу подбежал к стоящим.
- Здравствуйте, Андрей Борисович! - произнёс с поклоном. - Зачем вы приехали? Сегодня воскресенье, сами бы управились.
- Слишком часто у тебя, Дмитрий Константинович, трубы из строя выходят, а ведь ты три года назад все полностью сменил.
- Андрей Борисович, давайте отойдём, я вам всё объясню.
- Объясняй при всех.
- Да…Трубы были некачественные и поставили не полностью.
- На коттеджи он их продал, - неожиданно для всех, в том числе и для себя, произнёс Ярослав.
Наступило молчание. Все видели, как Григорьев покраснел, нервно закурил и, придя в себя, закричал:
- Туманов, ты пьяный или работать надоело? Я тебе завтра устрою.
- Ладно, хватит! - строго произнёс Андрей Борисович. - Начинайте работать! Весь посёлок без воды.
Двое слесарей спрыгнули в яму и стали разрезать трубу газовой горелкой, остальные закурили. Один из рабочих подошел к Ярославу, дружески похлопал по плечу и отошёл, остальные стояли в сторонке, но и в их глазах светилось одобрение.
- Папа, расскажи, что это за начальники? - попросила Арина.
- Зачем тебе?
- Просто интересно.
- Ванюков, тот который кричит, начальник нашей жилищно-коммунальной конторы, где я работаю. Наш посёлок очень большой, поэтому у нас три такие конторы, входящие в жилищно-коммунальный отдел, ими командует Григорьев. Еще есть начальник жилищно-коммунального управления района, но его здесь нет. Самый главный по городу у нас, Андрей Борисович.
- Папа, ты его знал раньше?
- Мы с ним вместе на первом курсе в институте учились, на вечернем отделении и даже друзьями были. Я, к сожалению, бросил и остался простым слесарем, а он окончил и стал большим начальником.
- Всё ясно, папа.
- Туманов! – раздался голос Ванюкова. - Помогай трубу вытаскивать!
***
Прозвенел будильник, Миша нажал на кнопку и, повернувшись на другой бок, решил досмотреть сон, но раздался звонок телефонный.
- Да, – с неудовольствием пробормотал в трубку.
- Большой, ты в колледж пойдёшь? – раздался задорный голос Ёлкина.
- Пойду.
- Слушай, мы с отцом уезжаем, узнай там, как я сдал!
- Ладно.
***
Через час Миша вошел в вестибюль колледжа и подошел к стенду, вверху которого крупными буквами было написано «Программное обеспечение». Вокруг пяти листочков, отпечатанных на компьютере, толпились абитуриенты, основная масса возле первого. Вот один из мальчишек, небольшого роста, радостно подпрыгнул, посмотрел на всех счастливыми глазами и убежал.
Миша знал, из ста пятидесяти человек, подавших заявления, студентами станут только тридцать, фамилии которых напечатаны на первом листке, но он подошёл к пятому с единственной надеждой, что его фамилия будет не последний. Под последним, сто пятидесятым номером стояла фамилия Косарев и результат девять баллов. Сразу отлегло от сердца. Миша улыбнулся и стал читать фамилии снизу-вверх, но свою на этом листочке не нашёл, не было и Вовкиной. Так хорошо стало на душе, можно с гордостью сказать родителям: «Я далеко не последний!»
Возле соседнего листочка две девчонки просто искали знакомые фамилии. Михаил, со свойственным ему спокойствием, стал ждать. Вот они перебрали весь список, улыбнулись и ушли, а он стал читать фамилии, вновь снизу-вверх. И здесь их фамилий не было. В горле пересохло. Бедный абитуриент, отыскав глазами фонтанчик, подошел к нему, напился и, вернувшись обратно, стал читать третий листок. Напротив фамилий стояло уже по пятьдесят баллов, но все они были незнакомы.
Лоб у Миши покрылся холодной испариной.
«Наверно, нас с Вовкой совсем забыли записать», - перешёл ко второму листу.
Но и здесь их фамилий не было.
«Точно, забыли», - и стал ждать, когда освободится место, у первого листочка. Так, на всякий случай.
И вот, с непонятной дрожью в теле, стал читать заветный листочек. Двадцать седьмым в списке был Ёлкин с результатом шестьдесят четыре балла.
«Молодец, Ёлка, поступил! - искренне порадовался за друга и, поднимая глаза, стал читать остальные фамилии.
Сердце ударило так, что зазвенела вся грудная клетка. Под восьмым номером стояла его фамилия. Нет, это был не однофамилец – инициалы тоже его. С минуту Михаил, не отрываясь, смотрел на эту строчку, затем поцарапал ногтем, но она не исчезла, и результат был невероятным – восемьдесят один балл. Отошёл на шаг назад и, закрыв глаза, потряс головой. Когда открыл, то увидел спину парня, загораживающую волшебный листочек. Поверх его головы была видна лишь фамилия под номером «один»: Громов, и результат – девяносто баллов. Михаил отодвинул парня рукой. Взгляд метался между первой и восьмой строкой. Безумно захотелось подпрыгнуть, гордо вскинув руки, как тот мальчишка, но не сделал этого, а спокойно направился к выходу. Так хотелось, чтобы кто-то остановил и спросил: «Как экзамен?», но до самого дома Миша не встретил ни одного знакомого, и квартира была пуста.
«Пойду тетю Лену обрадую», - решил парень и отправился к Громовым.
***
Дверь открыла Дашка в тоненьком халате на голое тело, верхняя пуговица расстегнута. Девушка смерила его фигуру с головы до ног и с улыбкой произнесла:
- Заходи! Ты мне как раз нужен. Снимай кроссовки! Идём!
Зашли в спальню. Миша даже забыл, зачем пришёл.
- Видишь ковёр? – девушка кивнула головой на огромный ковёр.
- Да.
- А видишь, крайняя петелька оторвалась?
- Да.
- Что ты бубнишь: «Да-да»? Надо снять ковёр, пришить петельку и повесить обратно. Он тяжёлый, и представления не имею, как это сделать.
- А если так, на весу, пришить?
- Я не достаю, даже с софы.
- Давай, я достану! – неуверенно предложил Мишка.
- Да? Ты или софу сломаешь, или ковёр полностью отдерёшь. Хотя, если снимать будешь, всё равно всё переломаешь – он килограммов сто весит, и ты столько же.
- А если я тебя подсажу, а ты зашьёшь.
- Как ты это себе представляешь? – девушка загадочно улыбнулась.
Подобное Миша представлял плохо, но, подумав, сказал:
- На корточки сяду, ты на шею заберёшься, встану и зашьёшь.
В глазах у Дашки мелькнул бесёнок.
- Садись! – взяла в руки иголку.
Девушка забралась на парня:
- Поднимайся! Осторожней! Я голову о потолок разобью. Немного правее! Стой и не шевелись!
Ох, как неудобно стоять, нагнувшись! Миша повернул голову и носом уткнулся в её ногу, повыше колена. По коже побежали мурашки, как при ознобе, и слегка задрожали руки.
- Держи покрепче, а то свалюсь!
- Не бойся!
- Тебе не тяжело?
- Нет, - пробурчал Мишка.
- А почему сердце стучит? – не унималась Даша.
- Ничего не стучит.
- Тогда стой и не дёргайся!
Девушка зашивала, сидя на парне, как на стуле, ……………………………………………….. Она зашила петельку и потянулась, чтобы зубами перекусить нитку,…………………………………………………... Парень дернулся, как от удара электрическим током.
- Спокойно стоять не можешь? Я иголку уронила.
Схватила парня за голову и попыталась слезть, но, не удержавшись, ухватила за шею. Руки его мгновенно сомкнулись …… ……………………………………….
………………………………………… Испугавшись, попытался отдёрнуть голову, но девичьи руки крепко держались за шею. В себя Миша пришёл минут через пять, опустил девушку на пол и быстрым шагом пошел к выходу.
- Миша! – радостно улыбаясь, остановила его Даша. - Зачем приходил-то?
- Это… Мы с Вовкой поступили.
- Куда вы поступили?
- В колледж.
- Ты серьёзно? – Даша открыла рот от удивления.
- Да!
- Тогда поздравляю!
Подошла к нему, встала на цыпочки.
…………………………………………………………………………………….................................................................................................................................................................................................................................
- Прости! - вскочив, промямлил парень и выбежал.
- Глупенький! - улыбнулась Даша, глядя на закрытую дверь. - Какой ты глупенький!
***
А Михаил быстрым шагом шел домой, постепенно осознавая, что произошло. Последний год он не мог спокойно смотреть на сестру друга. Началось это, когда они с Вовкой пришли на соревнования по легкой атлетике, в которых участвовала и она. Даша была в раздевалке, а они глазели на легкоатлеток. Затем пришла Даша и стала кричать на брата и, особенно, на него. Девушки встали в строй перед стартом, и Мишка впервые в жизни внимательно посмотрел на Дашу, и для него перестали существовать другие девушки. А она перестала обращать на него внимания, словно он был неодушевлённым предметом.
И вдруг сегодня целовались. Парень понимал, предстоит серьезный разговор с другом, но на душе стало так радостно – у него есть любимая девушка, которая, возможно, любит его.
Отец уже пришёл домой и обедал на кухне.
- Садись! - сказал тот задумчиво. - Работа подвернулась, тысяч на двадцать. С хорошим аппаратом мы с тобой справились бы за пару дней.
- Я знаю адрес того мужика, торгующего «сварочниками». Сейчас пойдём и купим у него самый лучший. И сегодня же начинаем варить.
- А твоя учёба?
- С учебой всё нормально. Мы с Вовкой поступили.
- Ты серьёзно? - привстал от удивления отец.
- Ещё как серьёзно.
Отец изумлённо смотрел, как сын радостно кружится по кухне. Никогда с ним такого не было, и не могло быть, даже после невероятного поступления в колледж – не тот характер.
«Уж, не влюбился ли?»