Жительница Нурлата помнит многое из рассказов своей бабушки-блокадницы

Ее бабушка, Сания Бариевна Сальманова, коренная ленинградка. Она была жизнерадостным, общительным, принципиальным и добрым человеком, всю жизнь с болью носила в памяти пережитые годы блокады и немецкой оккупации.

– Бабушка очень много рассказывала о войне. 27 января, 9 мая, 22 июня мы обязательно приходили к ней, шли вместе к мемориальному комплексу «Вечный огонь», возлагали цветы и слушали ее воспоминания со слезами на глазах, – делится Ольга Олеговна.

Когда началась война, Соне, как все ее называли, было 5 лет. Они жили в деревянном домике, она допоздна, как и все детишки, играла во дворе. А затем десять месяцев непрерывные сирены, голос из репродуктора: «Воздушная тревога!», бомбоубежище, дежурство отца на крыше дома после работы на электростанции…

Чудом пережили зиму и весну, а в июле 1942 года ее с родителями вывезли из блокадного Ленинграда и на поезде отправили на Кавказ, подальше от ужасов войны. Ехали в товарном вагоне почти месяц. Но едва они успели поселиться в комнатке в горах, как на следующий день в Моздок вошли фашисты. Как могло такое случиться, что они попали из одного ада в другой, объяснить было просто невозможно.

Чуть больше 4-х месяцев продолжалась оккупация, но этого хватило сполна, чтобы окончательно понять, что такое фашизм. «Яйко, курка, молоко», – эти слова она вспоминала часто. Немцы устраивали свою жизнь, свои порядки. На перекладине, установленной на элеваторе, всем была видна виселица для устрашения, которая никогда не пустовала…

Очень скоро семью выселили из комнаты, они расположились недалеко, выкопав окоп, а в дальнейшем что-то похожее на землянку, так как впереди была зима.

Отец прожил недолго, детдомовец, не обладавший крепким здоровьем, он заболел открытой формой туберкулеза, в день приезда попав в горах под сильный ливень. Детская память сохранила многое…

Как чеченка под страхом смерти прятала ее мать, молодую 25-летнюю женщину, у себя в подвале, когда в доме поселился немец. Как уже после освобождения от немцев семилетняя девочка готовила маме вареники с вишней и относила ей на работу. Как воровала соль на железнодорожной станции и тайно продавала ее на рынке…

После войны они вернулись в Ленинград. Их дом не сохранился, и мать приняла решение поехать на свою родину, в Мелекесс (Димитровград). Судьба подарила Сание встречу с замечательным человеком Сальманом Гильмановичем Сальмановым, учителем немецкого языка, который привез ее в Нурлат, с ним она была безмерно счастлива. О Ленинграде, родном городе, говорила с любовью, гордостью, достойно несла статус блокадницы, часто ходила на мероприятия в школы, встречалась с молодежью, чтобы рассказать о героизме советских людей в Великую Отечественную войну.

– До самой смерти бабушка постоянно говорила: «Кушайте, кушайте! Цените то, что есть на столе». У самой морозильник, холодильник был всегда до отказа набит едой. Привычку затариваться в большом количестве мылом, солью, спичками она сохранила на всю жизнь, – рассказывает Ольга Олеговна.

Однажды на встречу с учениками гимназии Сания Бариевна принесла маленький кусок черного хлеба. Развернула на глазах притихших детей и тихо произнесла: «Ребята, это 125 граммов хлеба, которые были нормой для нас, детей блокадного Ленинграда. Наш блокадный кусок к тому же наполовину был из опилок и других смесей. И часто это было все, что мы могли съесть за целый день. Но мы выжили… Наше поколение уйдет, но вы никогда о той войне с фашистами не забывайте, эстафету памяти о ней мы передаем вам» …

Она ушла из жизни 2 июня 2019 года. Теперь эстафетная палочка в руках детей, внуков и правнуков.