Сразу отмечу, что эта маленькая работа посвящена творческой тверской личности Андрея Николаевича Туполева и его деятельности не сколько и только как выдающегося русского самолётостроителя, а лишь по возводимым на него напраслинам о непригодности его разработок для военно-морского применения. (См. Рис. 1, 2)
Стрельба крылатыми снарядами «Р-15» по израильскому эсминцу «Эйлат», в девичестве HMS «Zealous», 21 октября 1967-го года, конечно, относится ко временам его жизнедеятельности, однако к тому времени занятой гораздо более важными задачами, как-то сверхзвуковыми самолётами, не только военными, но и гражданскими.
Никоим образом не касаюсь и «Каспийского чудовища», к которому однако мог быть бы причастен Туполев, так как решения, применённые для его создания совершенно родственны применённым и обвиняемым в виде «Г-5», а точнее «ГАНТ-5», а ещё ранее в виде «Торникрофта» «Ш-4». Ну и если совсем уж не быть голословным, то создавая скоростные лодки «ГАНТ» из алюминиевого сплава Кольчугинского завода, что во Владимирской области, Андрей Николаевич Туполев отклонился от изначального его прельщавших исследований в области воздушных сред, к которым он прислонился ещё в Императорском Московском техническом училище. Сказалось, что при «национализации» Аэродинамического института Дмитрия Павловича Рябушинского, (См. Рис. 3) что в Подмосковном Кучине, Московскому высшему техническому училищу досталось богатейшее наследство, так как несмотря на всё внимание к образованию и особенно высшему при Государе Николае II-м пусть оснащение учреждений высшего образования находилось на высочайшем уровне, (См. Рис. 4, 5) но на средства старообрядцев Рябушинских и под руководством Рябушинского было создано выдающееся по оснащению научно изследовательское учереждение, покуситься на которое не постеснялся даже сам Николай Егорович Жуковский (05(17).07.1847 – 17.03.1921 г.). Впрочем в силу преклонности возраста мог и не ведать что творил, или точнее что творили им прикрываясь.
Сейчас, даже в пору блеска Синкансэнов и TGV, сложно представить, что в оные времена 1910-х годов, то начала изысканий в воздушных средах молодого ещё Андрюши Туполева под присмотром Николая Егоровича Жуковского, вопрос «кто быстрее, паровоз или самолёт», ещё стоял на повестке дня и будоражил неокрепшия умы, чему сравнением прыткость паровозов «С» и истребителя Сикорского «С-XVI», развивавшего подобную же скорость в 115-120 вёрст в час. (См. Рис. 6, 7)
Вопрос «кто быстрее, самолёт или лодка», да ещё с одинаковыми по мощности двигателями, бурлил ещё более в силу близости сред и весов соревнующихся даже в 1920-х годах, по крайней мере в первую их половину. И в эту бурю, после «Исаака Торникрофта» с «Ш-4» ринулся Андрей Николаевич Туполев, создавая раз за разом всё боле и более скоростныя лодки «ГАНТ-1», «ГАНТ-2», «ГАНТ-3», толкаемыея забугорными движками «Isotta Fraschini», то есть приближаясь к искомому предмету работы «ГАНТ-5», представляемому ныне как «Г-5».
Отклоняясь от повествования сразу замечу, что налёт прытких «Торникрофтов» в Кронштадской побудке 18 августа 1919-го года мог быть гораздо более оглушительно успешным, если бы хлюпающие овсянкой мелкие английския помещики «джетнлемены» пошли по пути совсем уж нищебродных, но хитроумных макаронников, тихо-тихо подкравшихся к австро-мадьярскому дредноуту, однако рёв моторов «Sunbeam V18» и «Thornicroft RY12» возбуждал их не меньше, чем возбуждает он девиц, катаемых на мотоциклетах, то есть на самокатах с движками внутреннего сгорания. Для прикрытия оного рёва их осенило привлечь летающия лодки, которые должны были нанести отвлекающий и упреждающий удар, и они нанесли, однако пробудили от сна неизмученных смутой и кокаином моряков, а также расчёты береговых орудий, испортившим мелким английским помещикам (джетнлеменам) лихой наезд прибрежных лодок CMB №№24, 31, 62, 72, 79 и 82. Потопление бронепалубного крейсера «Олег» 17 июня 1919-го года тихо подкравшимся на «Торникрофте» СМВ №4 Августом Виллингтоном Шелтоном Агаром решено было не озвучивать и не отсвечивать. (См. Рис. 8)
Именно лихость наезда Кронштадской побудки стала преобладающей в требованиях создания подобных судёнышек красными военморами.
Таким образом, по следам Кронштадской побудки 18 августа 1919-го года и «Ш-4», и «Г-5» были признаны требуемыми решениями для кущей Финского залива и прочих прибрежных вод при Одессе и в Азовском море. Это были чумовые 1920-е годы, а более крупные немецкие «быстрые лодки», ныне выставляемые в обвинение Туполеву, это всё-таки уже 1930-е годы и открытые воды 1940-х годов, ко времени которых Туполев уже был разоблачён и уличён в краже у крестьян Гондураса изданий Маркса Карла, проливающих свет на то как ограбить ближнего своего и постичь блага всемирного коммунизма, при котором у всех всё будет и непонятно зачем тогда работать.
Понятно, что потопление 10 июня 1918-го года австро-венгерского дредноута «Святой Иштван» (SMS «Szent István») (См. Рис. 9) тихо подкравшимися в нощи италианскими лодочниками больше похоже на браконьеров, крадущихся в нощи на электрических движках, совершенно не соответствовало сгущавшейся над Советской Россией зловонной тучей «краткого курса» ради «могучего удара и моря крови чтобы чужия боялись», с выбросами смердячих газов в виде «Ленина в октябре», «Незабываемого Царицына 1919-го», и особенно «Чапаева», который впереди на лихом коне, к которым надлежало отнести «Ш-4», а затем «Г-5», навешенным Туполеву в качестве возможного предмета приложения усилий. Туполев мог так в них и остаться, если бы не его увлечение самолётами, которое оказалось сильнее увлечения лодками.
С тем что торпедный катер в любом размере «мал, да удал» и стоит согласиться, и стоит не согласиться.
Так на торпедные катера ВМС РККА, под начальством Капудана II-го Ранга Сергея Александровича Осипова выпала удача потопить в надводном бою самый большой из потопленных в надводном бою надводных кораблей ВМСРККА противника - эскортный миноносец «Т-31» в 1754 тонны. (См. Рис. 10)
Но дальнейший список побед, и тем более предшествующий, откровенно скромен и слаб за почти полным отсутствием списка успехов.
И причиной тому вовсе не Туполев, который строил вменяемые ему ныне и ныне обвиняемый оными торпедные катера исходя из понимания задач текущего времени, то есть исходя из требований и возможностей 1920-х годов.
Применение собственно «Ш-4» и «Г-5» в назначении метания торпед по изготовившемуся противнику никоим образом не оказалось близким к успеху «Кронштадской побудки». Но так и в большинстве случаев особым успехом отмечены нападения по противнику не изготовившемуся к обороне, что имеет примерами и Таранто, и Мерс-эль-Кебир, и Порт-Артур, и Пёрл-Харбор. В том же случае когда противник к обороне изготовился таковых успехов гораздо меньше на уровень готовности противника к сопротивлению.
То есть для применения скоростных лодок «Ш-4» и «Г-5» в ходе Второй мировой возможностей было гораздо меньше, хотя они действительно были, да взять хотя бы закидывание минами вражеских вод или всяких жутко достойных разведчиков, кочующих из книги в книгу видим фигу, а точнее развесистую клюкву, которой совершенно не противоречило применение туполевских «Ш-4» и «Г-5» в качестве минных заградителей, да и не только, к чему вины у Андрея Николаевича Туполева не имеется.
Ч.т.д.