В бытность школьником средних классов автор проходил учебную практику на металлургическом комбинате, в столярном цехе. Это был седьмой или восьмой класс, точно не помню.
В чем именно заключался Великий Замысел этой практики (УПК), автор так и не понял до сих пор. Вероятно, таким образом, нас, советских пионеров пытались приобщить к труду, помимо уроков труда, где мы изготавливали табуреты, скалки, что-то еще, что трудовиком сносилось на рынок, а деньги пропивались.
Нам выдали пропуски. И мы приезжали на выездную учебно-производственную практику пару раз в неделю, после уроков. В столярном цехе мы колотили гробы. Ну как колотили, помогали столярам колотить эти гробы, нам дозволялось забивать в древесину гвозди. Гробы были разных размеров, но стандартного фасона, обитые красным крепом. И их было много.
На вопрос — зачем нужно так много гробов — столяры отвечали, что комбинат большой (не менее 50 тысяч человек работало на нём, шутка ли), рабочие иногда погибают, а гроб нужен каждому. Кроме того, у рабочих имелись семьи, и если кто-то умирал в них — комбинат тоже предоставлял бесплатный гроб, венок, автобус для перевозки скорбящих и столовую для поминок.
По поводу смертности на заводе нас просветила инспектор по охране труда. Она принесла с собой толстый гроссбух и читала из него про несчастные случаи на производстве. А затем проинструктировала, как положено, под роспись.
Но более всего поражали плакаты, которые были расклеены в бытовках или на стенах производственных помещений. На них были живописно изображены все трагические случаи, в кои попадали нерадивые рабочие, отнесшиеся легкомысленно к строгим рамкам циркуляров безопасности. Ужаснее этих производственных картинок мы тогда в жизни ничего не видали.
И надо сказать, на всю жизнь запомнились эти предостережения — не ходить под стрелой, не работать на станках с крутящимся моментом с распущенными рукавами и без специальных очков. Всё таки действенные были плакаты.