О сокращениях ещё не завершила, будет продолжение. Но сегодня хотелось бы написать о другом.
А вы заметили, что в последние десятилетия в русскоязычной литературе ярко проявился весьма любопытный феномен – произведения, созданные по типу сказа? Это какие-то житейские истории, наблюдения, размышления, бытовая философия и подобное… Евгений Гришковец, Александр Цыпкин, Олег Рой… Да и не только они, литераторов, работающих в таком духе немало. Это достаточно популярное направления в наши дни. Думаю, вы уже поняли, какого типа произведения я имею в виду. К нам в редакцию иногда присылают и такое.
А недавно (вру, уж года три как!) у меня случилась любовь с книгами, которые написал художник. Люблю Любарова.
И вообще, люблю наивную живопись. Не всю, конечно, а лиричную, сентиментальную. (Кто знает хотя бы Ложкина - тот поймёт. Уж простите, я дама.) Так вот ничего этакого мой художник-писатель не рассказывает: о детстве в коммуналке и еврейских родственниках, о работе в советских издательствах, жизни в деревне и разудалых деревенских соседях… Но я вновь и вновь возвращаюсь к его книгам и перечитываю, когда душа желает легкого чтения.
Читая такого рода произведения, появляется ощущение доверительности. Автор будто по душам «за рюмкой чаю» разговаривает со мной. И пусть чаще всего истории совершенно обыкновенные, нет в них ничего из ряда вон, ничего героического, но обаяние автора сквозит между строк, и оно подкупает меня. Где-то соглашаюсь с книгой, где-то удивляюсь, восхищаюсь, мысленно вступаю в диалог, и вот взгляд сам собой бежит, бежит по строчкам до последней страницы. А всё вроде бы так просто до банальности.
Что же держит меня? Как мне кажется, главный магнит - фигура рассказчика. Благодаря харизматичному рассказчику, я готова часами сидеть над книгой и читать о простых вещах.
Сразу оговорюсь: автор и рассказчик (то Я, от чьего лица пойдёт повествование) – это не одно и то же. Между ними всегда существует зазор. Пусть они предельно сближены, но зазор всё равно присутствует. Для наглядности: вы же понимаете, что Есенин в сериале, это не собственной персоной Сергей Есенин.
Если объяснять самыми простыми словами, то будет так: в воображении автора заводится другой человек, которые обладает своей биографией (она может лишена конкретики, но в общих чертах прослеживается), своими чертами характера, внешностью, манерой говорить. Именно тот вымышленный человек и рассказывает историю, которую записывает автор. При этом замечаю, у таких авторов от одного рассказа к другому, от книги к книге формируется постоянный рассказчик – некий воображаемый герой, который обладает рядом постоянных характеристик. И читатель мысленно идёт вслед за тем другим – это всё равно что встретить старого друга и необременительно поболтать о том о сём.
Вам нравится такая литература? А может, видели постановки таких произведений на сцене, слушали аудиокниги? Или сами пишете подобное?