- Пустите меня к жене и ребенку, я хочу их увидеть. - мужчина взволнованно переминался с ноги на ногу, - Где врач? Я хочу знать , что с моим сыном.
- Я позову врача, она сама скажет, я не в курсе.
Молодая медсестра не могла взглянуть в глаза этому человеку, слишком уж нервным он выглядел. Да и новостей хороших у нее не было.
- Я больше не могу ждать.- мужчина бегом побежал по коридору роддома. Палата 9, второй этаж. Он сам выбирал эту больницу, договаривался с врачами, заплатил хорошую сумму за отдельную большую палату. Руслан два раза в день приезжал навестить жену, Алину, которая лежала здесь на сохранении. Вчера вечером его не пустили, сказали начались схватки, всю ночь мужчина не спал, утром приехал снова в роддом.
Алина лежала свернувшись калачиком, красные заплаканные глаза, он все понял.
- Руслан, я этого не переживу. - голос у Алины дрожал, но ему было ни капельки ее не жаль. В этот момент пришла врач, Дина Сабитовна.
- Мне очень жаль, роды начались преждевременно, несмотря на все усилия по сохранению. 33 недели это очень маленький срок.
- Вы же сами говорили, после 30 недель у нас есть все шансы, - Руслан повысил голос, его начали трясти, - Вы сказали, что у вас лучшее отделение, вы просто специально выкачивали деньги. А ты, - повернувшись к Алине, муж сжал кулаки. - Даже родить нормально не можешь. Права была мама, - последнюю фразу Руслан сказал с таким презрением, что Алина снова расплакалась. Муж ушел.
Алина все плакала и плакала. После 10 часов мучительных схваток, она родила мальчика, мертвого мальчика. Дальше она не помнила ничего, у нее случилась истерика, ей поставили укол, а очнулась она в палате, куда забежал ее муж. Руслан. Как он хотел этого ребёнка, как узнал о беременности, он берег ее как хрустальную вазу. Но не помогло, как и в предыдущие два раза. Это были ее третьи роды и каждый раз ребенок рождался раньше срока и не выживал. Врачи разводили руками, никаких патологий, они с мужем здоровы.
- Не плачь милая, не плачь, - врач начала ее успокаивать, - ты еще молодая.
- Хватит, вы все говорите одно и тоже, что я еще молодая, что у меня будут дети, а мне как будто сердце вырезают. Дина Сабитовна, это были мои третьи роды, это была моя шестая беременность. - я рыдала, - У меня были выкидыши на раннем сроке. За 10 лет я была у десятков врачей. Мне 31, у меня никогда не будет ребёнка.
- Успокойся, - голос врача звучал уже строго. - Думаешь слезами тут поможешь? Хватит себя мучить, ты не виновата. Это судьба.
И ушла, оставив меня одну. Наверное Руслан уйдет от меня. Может я действительно ущербная. С такими мыслями я уснула, усталость берет свое, проснулась от жуткого жара и боли в области груди и поморщилась. Пришло молоко, кому оно нужно, перевязав грудь, я собиралась искать врача, нужно выпить таблетки, чтобы убрать лактацию, уже проходила через это. Но врач нашла меня сама, пришла в палату и предложила покормить ребёнка, отказника.
- Вы что издеваетесь? Я уверена, что здесь полно мам, у которых много молока. Или дайте смесь.
- Покорми на удачу. Ее мать ушла утром, написав отказ.
- Не буду никого кормить, несите таблетки, и я уйду отсюда.
- Хорошо. - врач ушла, а я подумала что она и правда издевается. Но все мысли были о крошечной девочке, которую бросили, как ненужного котенка. Какая жизнь все таки жестокая, я не смогла взять своего малыша на руки, а кто то отказался от своего. Я догнала врача в коридоре. - Где девочка? Я хочу покормить.
Дина Сабитовна улыбнулась. - Сейчас медсестра принесет ее в палату.
Она была крошечной, лежала с открытыми глазками, беленькая и сморщенная.
- Иди ко мне моя маленькая, я тебя покормлю моя девочка, - боль, сковавшая мою душу, начала отступать. Младенец жадно сосал грудь, было больно, непривычно, но я была в эйфории. В ту секунду, когда я взяла ее на руки, я поняла, что никому ее не отдам, не смогу. Я кормила ее больше часа, любовалась маленьким личиком и вдыхала аромат младенца.
Когда врач пришла в палату, я сразу спросила, разрешат ли мне ее удочерить? Дина Сабитовна сказала, что сделает все возможное. Нужно поговорить с мужем. Я вздохнула, Руслан категорически был против усыновления, мы говорили об этом после второй неудачной беременности, он хотел своего ребёнка. Я попросила врача позвонить ему, чтобы он приехал.
Руслан приехал на следующий день. Хмурый, с красными глазами.
Я сразу без лишних слов сказала, что хочу удочерить девочку. Но муж сказал, что не даст согласия, ему не нужен чужой ребенок.
- Дорогой, это будет наш ребенок. Она просто чудо, мне это нужно, я хочу ребёнка. - Я снова начала плакать и муж смотрел на меня с плохо скрываемой жалостью.
- Алин, сейчас ты не в состоянии рассуждать здраво, мы вернемся к этому разговору, когда придет время. Может быть подумать о суррогатном материнстве?
- Нет и еще раз нет, мне нужна именно это девочка Руслан. Она моя, я чувствую это.
В это время медсестра принесла ребёнка на кормление. Руслан зачарованно смотрел на нее, молча наблюдая за процессом.
Кажется он принял решение.
В этот раз с роддома мы вышли с ребенком. С чудесной крошечной малышкой. Мы так и назвали свою дочь, Айя, что в переводе с арабского означает «чудо». Я неделю находилась в больнице с ней, малышке надо было окрепнуть, Руслан решал вопросы с документами. При содействии врача и денег, которые заплатил муж, этот вопрос решился быстро.
Дома я погрузилась в заботы о дочке, Руслан терпеливо мне помогал, близкие приезжали с поздравлениями, никто не был в курсе, что мы удочерили ребёнка. Все решили, что узи ошиблось и вместо мальчика родилась девочка. Все, кроме моей свекрови. Родители мужа знали, что наш мальчик умер и не могли смириться с мыслью, что их сын растит чужого ребёнка. Лейла, мама мужа, не приезжала и не звонила, а я и не напрашивалась. Наши отношения были сложные, она часто выносила сыну мозг, чтобы он бросил меня и нашел «ту, которая может родить». Они приехали в гости, когда Айе исполнилось 4 месяца. Мы с мужем души в ней не чаяли, Руслан каждый вечер после работы не спускал ее с рук.
Свекровь со свекром приехали с пустыми руками. Конечно наша малышка ни в чем не нуждалась, но по нашим традициям новорожденному ребёнку следует дарить подарки.
Я быстро накрыла на стол и разлила чай, в этот момент Айя проснулась, Руслан пошел посмотреть и вернулся с ней на руках.
- Познакомься с бабушкой, - Руслан с малышкой на руках выглядел таким гордым и счастливым, но его мама громко сказала: «Я не ее бабушка».
Наступило тягостное молчание, свекр злобно посмотрел на свою жену. Руслан отдал дочку мне. - Покорми ее.
Я ушла в комнату, но мне прекрасно было слышно, так как дальше разговор шел на повышенных тонах.
- Да она родить сама никогда не сможет, ты потратил на никчемную женщину 10 лет и теперь растишь дочь какой то алкашки, называя ее своей.
- Лейла, угомонись, - свекр, Али, обычно очень сдержанный мужчина, впервые на моей памяти повысил голос. - Дети счастливы, растят дочь, не говори плохих слов.
- Мама, Айя моя дочь, если ты не можешь это принять, то пожалуйста уходи. Мы и так многое вынесли, Алинка только пришла в себя, Айя наша маленькое чудо.
Родители мужа ушли, я вытерла слезы и уложила дочку. Она была совершенно не капризной, ее не беспокоили колики, она много спала и часто улыбалась.
Свекровь меня не волновала и ее мнение давно перестало быть важным. Айя была моей дочкой, а не какой то алкашки, как она выразилась. Дина Сабитовна говорила в момент оформления документов, что биологическая мать Айи совсем молодая девушка, студентка. Она была не в состоянии вырастить дочь, зато мы можем дать ей прекрасное будущее.
Наша дочь росла, совсем не доставляя хлопот. Мы с мужем с восторгом наблюдали, как она растет. Когда Айе исполнилось 2 года, я поняла, что беременна. В этот раз у меня не было страха, я не побежала по врачам, была полна уверенности и надежды. Мужу сообщила о беременности спустя несколько недель и он был в ужасе, говорил о каких то врачах, генетическом тесте, но я была непреклонна. В эту беременность я ни разу не лежала на сохранении, много гуляла, была спокойна и в срок родила здорового сына.
Свекровь, узнав о внуке, хотела тут же приехать в гости, но муж ее остановил, сказав, что мне нужно восстановиться с силами. Я давно ее простила, но общаться близко мне не хотелось. У нас была своя семья, свои семейные традиции и прекрасные надежды на будущее.